26 ноября 1844 года
В Петербурге родился граф Сергей Шереметев. Историк, коллекционер, общественный деятель. Его именем назван аэропорт — самый крупный в Москве и в России.
С детства увлекался историей. Как и многие дворяне, путешествовал по Европе: свою первую поездку совершил в 17 лет.
Тогда уже определилась та мода, то лихорадочное движение на запад, которое повредило нашему дворянству гораздо более иных невзгод
В 22 стал адъютантом при цесаревиче Александре III и на всю жизнь — его другом.
С Европой Александр III заговорил твердым языком владыки многомилионного, никому не угрожающего, но никого не страшащегося, ничего не требующего, но ничего не уступающего народа
Избирался уездным депутатом, был мировым судьей. Участвовал в русско-турецкой войне.
Вернувшись, стал заниматься общественной деятельностью. Попечительствовал над детскими приютами, начальными школами и Императорским домом призрения бедных.
Был предводителем московского дворянства, членом Государственного совета.
Создал Общество любителей древней письменности и Общество возрождения древнерусской одежды. Возглавлял общество, которое открывало бесплатные народные библиотеки в разных городах. Издал за свой счет десятки томов русских летописей, грамот и исторических документов.
Либеральные реформы Николая II не поддерживал (в узком кругу обращался к нему на «ты», а тот звал графа на «вы»). Считал, что Дума — учреждение «иноземного духа», которое не может быть «выразителем духа русского».
Помогал иконописцам возрождать и поддерживать церковные традиции.
Наши замки — монастыри наши, светочи просвещения, двигатели колонизации, рассадники благотворительности
(из записки императору Николаю II)
В 1900 пролоббировал открытие железнодорожной станции в своих подмосковных лесах — граф планировал сдавать эти участки в аренду под дачи. Станцию назвали его именем, а в 50-х здесь построили аэропорт Шереметьево.
В 1903 первым в России открыл свою Остафьевскую усадьбу для всеобщего посещения: в ней было больше 600 картин, 10 тысяч гравюр, 32 тысячи книг, богатые коллекции художественного стекла, керамики, фарфора, мебели и оружия.
К началу февральской революции имел земли в 11 губерниях, 3 дома в Петербурге и 2 в Москве. Владел облигациями, сдавал в аренду недвижимость.
После Октябрьского переворота все имущество перешло к большевикам. Уезжать в эмиграцию отказался и пытался сохранить свои дворцы хотя бы в качестве музеев. Составлял описи ценностей и добивался получения охранных грамот.
Умер в декабре 1918 у себя дома в Москве. За пару недель до этого к нему с обыском приезжали чекисты, изъяли переписку и драгоценности на 10 миллионов золотом.
Возможный арест не состоялся из-за тяжелого состояния графа — он лежал с гангреной ног.
Просил похоронить его в Новоспасском монастыре — фамильной усыпальнице Шереметевых. Но она к тому времени была уже разграблена, а сам монастырь превращен в концлагерь.
Погребен у наружной стены монастыря, на его могиле поставили безымянный крест (который исчез уже через несколько месяцев).
На исходе ХIХ столетия в дневнике он как будто предчувствует будущие потрясения:
Что-то будет… Куда должна направиться в будущем Россия, куда ее поведут теперешние хозяева? Пожалуй, потом найдутся историки, которые будут толковать, что это было неизбежно. Нет, тысячу раз нет! Ведь все после такого наследия было в руках… Только иди прямо и честно по этому пути, без виляний и уловок, без лжи
(Шереметев, 1899)
