«Впервые власть перестала скрывать истинное лицо»
Глава СПЧ Валерий Фадеев предложил убрать Соловецкий камень от здания ФСБ на Лубянке. Об этом он сказал в большом интервью РБК. Фадеев считает, что власть уже «проявила антисталинистскую позицию», а акции у Соловецкого камня — это «упрек тем людям, которые работают на Лубянке». Он добавил, что люди должны приходить не на Лубянку, а к открытой властями в 2017 году на проспекте Сахарова «Стене скорби».
Слова члена СПЧ прокомментировал «НеМоскве» редактор проекта «Бессмертный Барак» Андрей Шалаев:
— Сегодня, за несколько дней до Дня прав человека, Валерий Фадеев дал большое интервью РБК. Одной из тем стало сохранение памяти о жертвах репрессий и местах памяти. Фадеев достаточно грубо разделил память на «человеческую» и «государственную». Впервые за долгие годы представитель власти откровенно обозначил не только принципы своей работы, но и общий государственный курс в отношении памяти о государственном терроре.
Особое внимание вызвало его предложение перенести Соловецкий камень с Лубянской площади в Москве на другое место. Он выразил недовольство тем, что люди, чьи родственники пострадали от репрессий, продолжают приходить к зданию ФСБ, напоминая о тех, кто осуществлял этот террор. При этом он посетовал, что к памятнику на проспекте Сахарова, открытому Путиным, никто не приходит. Также Фадеев подверг критике проекты, увековечившие память о жертвах террора, такие как «Последний адрес». Напомню, что именно он возглавляет в стране не только Совет по правам человека, но и комиссию по делам реабилитированных. Интервью пропитано ненавистью к людям и их семейной памяти.
Сказать, что в словах чиновника было что-то новое, нельзя. Но впервые власть перестала скрывать истинное лицо. Закрыт Музей ГУЛАГа, уничтожены десятки памятников жертвам репрессий, вместо которых появляются железные истуканы Феликса и Сталина.
Читал этот текст, и в голове постоянно звучал голос Галича:
Мы не забудем этот смех. И эту скуку! Мы — поимённо! — вспомним всех. Кто поднял руку!
Сегодня в России происходит ужасное. Вопреки законам страны попраны права и память тех, кто уже однажды пострадал от государства. Их словно решили расстрелять второй раз, а затем заткнуть. Война с прошлым разворачивается на фоне реальной войны, и многие могут сказать, что сейчас не до камней на Лубянке. Но я утверждаю: всё начинается с переписывания истории.
Вчера они заменили учебники, сегодня уничтожают памятные места, а завтра придут за детьми. Единственным противостоянием остаётся семейная память. Нам важно громко говорить о государственном терроре, разбирать его уроки, чтобы эти ошибки не повторялись. Тридцать лет назад мы думали, что прививка сделана. Но она оказалась плацебо. Вновь и вновь обществу приходится прорабатывать эту болезнь. Преодолеет ли страна нынешний виток репрессий? Возможно. Но уроки прошлого мы будем выдавливать из себя по капле.
А пока — вновь Галич:
Вот и смолкли клевета и споры, Словно взят у вечности отгул… А над гробом встали мародёры
