23 января 1856 года
В Петербурге умер Николай Надеждин — философ, основатель журнала «Телескоп».
Пусть ум питается европейской жизнью, чтобы быть истинно русским, пусть литература его, освежаясь воздухом европейского просвещения, остается тем, чем должна быть — самовыражением народным
Родился в 1804 под Рязанью, в семье священника.
В 20 окончил духовную академию, в 24 напечатал в «Вестнике Европы» свои первые статьи.
В 26 защитил диссертацию о романтической поэзии и стал доктором этико-филологических наук. Преподавал в Московском университете и в Московской театральной школе. Был убежденным монархистом и противником революций, но выступал за демократизацию образования.
В 1831, в 27, основал журнал «Телескоп». Поначалу он выходил дважды в месяц, потом — еженедельно. В журнале печатались Пушкин, Тютчев, Белинский, Огарев, Жуковский. Сам Надеждин писал в журнале критические рецензии и продвигал идеи народничества.
Меркантильный дух, слишком явно обнаружившийся в дряхлых остатках нашей литературы, невольно заставляет подозревать, что она превратится скоро в розничную лавку, в мелочной шкалик
«Телескоп» просуществовал 5 лет — его закрыли в 1836 после публикации первого из семи «Философических писем» Петра Чаадаева. В них он описывал историю России как «мрачное и тусклое существование», где, в отличие от Европы, нет внутреннего развития
Всемирное воспитание человеческого рода на нас не распространилось (из письма Чаадаева)
Донос на «богомерзкую статью» и на ее автора — «изверга» и «неистощимого хулителя» Чаадаева — написал Филипп Вигель.
В товремя он был управляющим департамента духовных дел иностранных исповеданий при Министерстве внутренних дел.
Нет строки, которая бы не была ужаснейшею клеветою на Россию, нет слова, кое бы не было жесточайшим оскорблением нашей народной чести. Он приписывает нам [народу] совершенный недостаток в умственных способностях, в понятиях о чести, о добродетели, ставит нас ниже дикарей Америки (из доноса Вигеля митрополиту Серафиму)
Донос передали в тайную полицию графу Бенкендорфу, а тот — императору Николаю I.
Все, что для нас, россиян, есть священного, поругано, уничтожено, оклеветано с невероятною дерзостью и жестоким оскорблением (из доноса митрополита Серафима Бенкендорфу)
Преступление против народной чести (министр народного просвещения Сергей Уваров)
Смесь дерзкой бессмыслицы, достойной умалишенного (Николай I)
Я нахожусь в большом страхе. Письмо Ч. [Чаадаева] возбудило ужасный гвалт в Москве, благодаря подлецам-наблюдателям. Ужас, что говорят: «Телескоп» будет запрещен, я посажен в крепость, а цензор отставлен. И все «светские» повторяют: «Да! Это должно быть так непременно!» (из письма Надеждина Белинскому)
Цензора, действительно, уволили со службы, а Чаадаева объявили сумасшедшим (первый в России случай публичного использования психиатрии в политических целях). Надеждина отправили в ссылку, 2 года он провел в Усть-Сысольске (ныне Сыктывкар) и в Вологде.
В 1838, в 34, вернулся в Петербург, устроился чиновником особых поручений к своим доносчикам — в Министерство внутренних дел; редактировал ведомственный журнал. Оставил журналистику, увлекся географией и историей.
Теперь я решительно живу в прошедшем. Я поучаюсь исключительно в летах древних мысли и веры — веры в особенности! Для меня высшая история человечества сосредоточивается в истории религии, в истории церкви. Все наши бедствия, и личные и общественные, — происходят от охлаждения религиозного энтузиазма (1838)
В 1848 как член Русского географического общества предложил разослать по стране формы описаний местности, которые бы заполняли местные жители. Отклик был колоссальным: описания городов, сел, приходов слали со всей России.
Считал, что истоки Руси и русского народа связаны с Карпатами и Дунаем. Призывал ученых исследовать «что делает Россию Россией».
Умер в 51, после второго инсульта.
