Дважды иноагент Российской Федерации
Защитников природы обвиняют в клевете и дискредитации и признают иноагентами
Читателям «НеМосквы» хорошо известна природоохранная организация «Гражданская инициатива против экологической преступности»: целый ряд наших новостей и больших материалов был написан в сотрудничестве с ее участниками. Например, «Курортный роман» — об опасных планах строительства на плато Лагонаки горнолыжного курорта и «Между аммиаком и метанолом» — о строительстве заводов по производству метанола, аммиака и карбамида на Таманском полуострове.
Деятельность организации, раскрывающей бизнес-схемы любителей построить посреди островка девственной природы что-нибудь промышленное или отдыхательно-развлекательное, не могла остаться без награды — и в конце прошедшего лета «Гражданская инициатива…» заняла свое почетное место в списке иноагентов.
Однако организация экологов-расследователей выделяется даже в этом списке: «Гражданская инициатива…» — дважды иноагент. Попав в иноагентский реестр в 2019 году, организация — редкий случай! — смогла в 2021 году выйти из него. Чтобы снова угодить туда в августе 2024-го.
Руководитель «Гражданской инициативы…» Дмитрий Шевченко убежден, что своим вторым иноагентством организация обязана неприметной краснодарской фирме — ЗАО «Гримел», руководство которой сильно обиделось на экологов, подпортивших перспективы их бизнеса.
«НеМосква» поговорила с Дмитрием Шевченко о двукратном опыте иноагентства и о том, как живется в нынешней России тем, кто занимается экологическим активизмом.
Просто хотели отомстить
В начале прошлого года к экологам обратились жители Краснодарского микрорайона Гидростроителей с жалобой на то, что в Краснодарском лесопарке (а это самая крупная в этом районе зеленая зона, особо охраняемая природная территория (ООПТ) регионального значения) ведется массовая вырубка деревьев.
Рубило тополя, клены, осины и прочие деревья ЗАО «Гримел» — арендатор лесного массива — и называло это «санитарно-оздоровительными мероприятиями». Однако под «оздоровление» подпадали совершенно здоровые деревья, что и возмутило местных жителей.
— Краснодарский лесопарк относится к лесному фонду, застраивать эту территорию нельзя. Но ее уже 12 лет арендует ЗАО «Гримел» — фирма с двумя штатными сотрудниками и уставным капиталом 10 тысяч рублей. Совершенно типичная фирма-прокладка, но эта прокладка арендует довольно большой кусок лесного фонда — около 80 гектаров, — рассказывает Дмитрий Шевченко. — Генеральным директором фирмы является некто Александр Сергеевич Енин, у которого имеется высокопоставленный однофамилец в администрации Краснодарского края — начальник управления общественных проектов департамента внутренней политики Алексей Енин. А замдиректора ЗАО «Гримел» Альберт Алекович Папазян до начала 2021 года числился государственным инспектором министерства природных ресурсов Краснодарского края. Нынешний консультант «Гримела» — бывшая начальница отдела использования и воспроизводства лесов минприроды Кубани Наталья Николаевна Гилевская — участвовала в совещаниях по вопросу лесопарка как публичная защитница «Гримела».То есть прослеживается очевидная связь с кубанскими властями.
По словам Шевченко, арендаторы в течение долгого времени практически ничего не делали с лесом — не рубили, но и не охраняли, так что лес горел и деревья гибли. А с 2022-2023 года объявили, что лесопарк нуждается в очистке от больных и погибших деревьев и других санитарно-оздоровительных мероприятиях.
Экологи из «Гражданской инициативы…» нашли на сайте Минприроды Кубани акты лесопатологического обследования (ЛПО) за 2018 и 2021 годы, полагая, что рубки ведутся на основании этих документов. В самих актах было обнаружено большое количество ошибок и противоречий: отсутствовали качественные картографические материалы, что делало невозможным определение четких границ участков, на которых должны были осуществляться санитарно-оздоровительные мероприятия, а сами эти участки не вязались с материалами лесоустройства.
В марте-апреле, обобщив результаты анализа, экологи написали заявления в УМВД России по г. Краснодару и Департамент Рослесхоза по ЮФО. Доследственная проверка по первому из них ведется до сих пор. Второе заявление поначалу «потеряли» и не отвечали на него несколько месяцев, но позднее прислали отписку, что нарушений в актах ЛПО не обнаружено.
«…С прошлого года здесь начал активную деятельность по «благоустройству» арендатор — ЗАО «Гримел». Они валят деревья и перемалывают их трактором в труху вместе со старыми деревьями и ветками, кустарниками и травами. Вряд ли животные, зимующие в листве, дуплах, корягах способны сейчас спастись от этой мясорубки. Лесную подстилку разворотили колёсами и засыпали щепой. Места прошлогодних зачисток остались без травяного покрова. На щепе не выросли растения, не пробились они и через этот слой мульчи. Таким образом уничтожается лесная экосистема. <…> И самое абсурдное, что все эти мероприятия согласованы с Министерством природных ресурсов Краснодарского края», — написали в феврале 2024 года на странице во ВКонтакте активисты из сообщества «Спасем Краснодарский лесопарк!»
Тем временем в лесопарке появился загадочный стенд с надписью о том, что здесь будет построен «Информационный центр религиозно-культурного просвещения Екатеринодарской и Кубанской епархии РПЦ». Правда, оказалось, что в Кубанской митрополии никакую стройку не планируют, потому что «с юридической стороны строить там храм нельзя» — напомним, что лесопарк является особо охраняемой территорией, где строительство запрещено.
Протесты против вырубки продолжались всю весну, и в мае краснодарские власти решили, что лишний очаг социальной напряженности им не нужен.
— Власти заявили, что дальнейшей вырубки они не допустят, арендатору пригрозили расторжением договора аренды, а режим охраны лесопарка как ООПТ регионального значения пообещали усилить. В общем, получилась успешная гражданская кампания — частично, потому что деревья не спасли. Но мы хотя бы упредили какие-то последующие вредоносные действия со стороны арендатора. Руководство ЗАО Гримел» эта история сильно разозлила, и они посчитали, что всю эту кампанию против них организовали мы. Мы действительно вели публичную часть этой кампании, анализировали документы и публиковали результаты, но они почему-то решили, что это мы с самого начала натравили на них людей и именно из-за нас они кидались под бульдозеры. Их дальнейшие действия, насколько я понимаю, не имели цели запретить нам что-то делать или защитить свою хозяйственную деятельность. Я думаю, просто хотели отомстить, — говорит Шевченко.
«Клевета и дискредитация»
«Прошу Вас возбудить производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 20.3.3 КоАП Российской Федерации в отношении Автономной некоммерческой организации (АНО) информационны и правовых услуг “Гражданская инициатива против экологической преступности” <…> и его исполнительного директора Шевченко Дмитрия Александровича по фактам совершения публичных действий, направленных на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты безопасности Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности…»
Такое заявление 9 августа 2024 года поступило начальнику ГУМВД России по Краснодарскому краю от гражданки Розановой Т.Н.
Надискредитировали Шевченко Д.А. вместе со своим АНО знатно: в ролике на YouTube с применением техсредств заявили, что «спецоперация» в Украине может повлечь экологическое бедствие. В другом ролике — что Крымский мост — это не «чудо инженерной мысли», а чудо «воровства и олигархического лоббизма». Тем самым подорвав доверие к решениям органов государственной власти РФ по использованию ВС РФ в целях защиты безопасности Российской Федерации и ее граждан — и далее по тексту.
— Первый ролик был снят в марте 2022-го года, в нем рассказывалось, что при боевых действиях могут пострадать промышленные объекты на востоке Украины. А во втором мы просто рассказали об истории Крымского моста — что он был построен по самому неудобному варианту, что он уязвим для природных бедствий и техногенных аварий. И что при боевых действиях он тоже может пострадать в силу того, что власти, когда его строили, совершенно не прислушивались к общественности, не рассматривали альтернативные варианты, а построили ровно так, как они хотели, — комментирует Шевченко.
Что самое интересное, бдительная гражданка Розанова Т.Н. по чистой случайности оказалась юристом ЗАО «Гримел». А ЗАО «Гримел» месяцем ранее обратилось к АНО «Гражданская инициатива против экопреступности» с судебным иском о защите деловой репутации и в прокуратуру — с заявлением о возбуждении административного дела по статье 5.61.1 КоАП РФ (клевета) по факту публикации на сайте АНО. На запрос «НеМосквы» Татьяна Николаевна не ответила.
С дискредитацией не сложилось: свой канал на YouTube организация деактивировала до того как полиция успела составить акт осмотра ресурса. От судебного иска «Гримел» в итоге отказался: суд обязал организацию предоставить договоры аренды проекты освоения лесов и другие документы, затребованные ответчиком, но руководство почему-то предпочло этого не делать.
Прокуратура же возбудила административное дело, по которому «Гражданскую инициативу…» оштрафовали на 500 тысяч рублей.
А тем временем Минюст внес организацию в реестр иностранных агентов — повторно.
— У нас нет прямых доказательств, что это произошло по доносу «Гримела», — говорит Шевченко. — Но хронология событий заставляет думать, что это именно так.
Как человек, имеющий двойной опыт руководства организацией-иноагентом, Дмитрий утверждает, что в первый раз все было значительно приятней:
— Была проверка, о которой предупреждали заранее, можно было ознакомиться с любыми материалами этой проверки. Было гораздо больше возможности защищать права организации. Теперь же Минюст кого хочет, того и назначает иноагентом, не объясняя ничего: они просто присылают уведомление, что вы теперь иноагенты. Они просто берут бредовые формулировки из закона о лицах, находящихся под иностранным влиянием: угрожали безопасности, распространяли какую-то недостоверную информацию… Узнать, за что ты стал иноагентом, можно только если пойти в суд — а пошлины сейчас выросли в разы.
Проще самоликвидироваться
За все время действия законодательства об иноагентах — с 2013 года — в реестр иноагентов попало около 35 экологических организаций. За эти 12 лет известно только о семи случаях исключения из этого реестра действующих организаций (в том числе «Гражданскую инициативу…» исключили в конце 2021 года). Большинство остальных самоликвидировались.
— Это оказался единственные действенный способ избежать последующих штрафов и прочих неприятностей, особенно после 2022 года, когда был принято новое законодательство об иноагентах, когда ограничения для лиц, включенных в реестр, сильно ужесточили — раньше оно касалось только НКО, позже его распространили и на СМИ, физлиц и незарегистрированные организации. Например, для иноагентов предусмотрен полный запрет на любые формы господдержки (т.е. прощай президентские гранты — для тех, кто тех получал или рассчитывал), также нельзя заниматься просветительством, работать с несовершеннолетними, заниматься общественным контролем в сфере окружающей среды и участвовать в экологической экспертизе (в любом качестве, в т.ч. организовывать общественную экспертизу) — последние два пункта напрямую касаются экоорганизаций. Учитывая, что под «общественным контролем» у нас может пониматься что угодно, сюда можно отнести, например, даже обследование берега после мазутной катастрофы и написание писем по этому поводу. Все это де-факто означает запрет на деятельность экоорганизаций, которых объявили иноагентами после 2022, как таковых, — говорит Дмитрий Шевченко и перечисляет тех, кто попал в реестр в 2022 году или позже: WWF России, Эковахта Сахалина, Движение 42 Центр сохранения и изучения лососевых видов рыб и мест их обитания (Сахалин) и «Тубалары» (Республика Алтай) — все они предпочли закрыться.
По его словам, «Гражданская инициатива…» — по сути, единственная оставшаяся в живых экологическая НКО, попавшая в реестр после 2022 года. Сколько они еще продержатся в условиях, когда приходится сворачивать прежнюю деятельность и постоянно искать обходные пути, чтобы продолжить работу хоть в каком-то виде?
Этого Дмитрий не знает.
