26 июля 1938 года
Глава НКВД Николай Ежов отправил Сталину расстрельный список из 139 «красных» командиров. Тот вычеркнул только одну фамилию и наложил резолюцию: «За расстрел всех 138 человек».
К 1938 году машина террора работала в СССР вовсю: Ежов ежедневно отправлял Сталину около 20 «спецсообщений» с докладами об арестах, карательных операциях, протоколами допросов и запросов на новые репрессии.
После маршалов и армейских комиссаров высших рангов добрались до командиров дивизий и бригад.
Посылаю список арестованных, подлежащих суду Военной коллегии по первой категории
(записка Ежова Сталину под грифом «Совершенно секретно»)
В списке — девять командующих военными округами, начальники военно-морских и военно-воздушных сил, пять наркомов и несколько их заместителей, директора авиазаводов, два председателя Госплана, заведующие отделами ЦК, первые секретари компартий и секретари обкомов.
Неприкасаемых не было: в списке оказался даже начальник личной охраны Сталина Карл Паукер.
Ознакомившись с документом, Сталин переправил «139 человек» (как написал поначалу) на «138». Вычеркнул (до поры) одну фамилию — маршала Александра Егорова, бывшего первого заместителя наркома обороны СССР. Но через полгода и его расстреляли по обвинению в военном заговоре и шпионаже.
Вместе со Сталиным резолюцию на «разстрел» (так написано красными чернилами в оригинальном документе) 138 оставшихся в списке наложил и Вячеслав Молотов.
Исполнители «шли по списку» быстро: 45 человек расстреляли уже через два дня, на следующий день — еще 67, и 1 августа — еще 14. Остальных расстреляли в августе, одного — в сентябре, еще одного — только в марте 1939 года. Неизвестной осталась лишь судьба Трофима Чубаря, брата члена Политбюро.
Всего меньше, чем за полтора года — с мая 1937 по сентябрь 1938 года — в армии репрессировали 36 761 человек, на флоте — более трех тысяч. Командный и политический состав Красной армии и флота был вычищен на четверть.
Без войны в застенках и лагерях НКВД погиб почти весь великолепный офицерский корпус — становой хребет Красной армии
(историк Владимир Коваль)
Самому Ежову до отставки оставалось два месяца — «дочищал» за ним Лаврентий Берия. Но он же снял обвинения с некоторых командиров — тех, по чьим делам «тройки» еще не успели вынести приговоры. Среди них были будущие маршал и командующий фронтами Константин Рокоссовский и первый комендант Берлина генерал армии Николай Берзарин.
Ежова арестовали в 1939 году при участии Берии. Его обвинили в подготовке антисоветского переворота и в мужеложстве «в антисоветских и корыстных целях». Он был расстрелян в феврале 1940. На следствии и суде отрицал вину и считал, что ошибся только в одном — «мало чистил» самих гэбистов.
Я почистил 14 тысяч чекистов, но огромная моя вина заключается в том, что я мало их почистил
Я работал как вол. Передайте Сталину, что умирать я буду с его именем на устах
(из выступлений на суде)
Несмотря на все эти большие недостатки и промахи в моей работе, должен сказать, что при повседневном руководстве ЦК НКВД погромил врагов здорово
(из прошения Сталину об отставке, ноябрь 1938)
Из «расстрельного» списка Ежова после смерти Сталина посмертно реабилитировали всех, кроме троих — чекистов и соучастников сталинских преступлений: Якова Агранова, Петра Булаха и Израиля Леплевского.
