Почему дорога Чум-Салехард-Игарка стала «мертвой»?

Разрушенная железная дорога, которую можно принять за декорацию к триллеру, проходит по тундре Ямала. Между рельсами выросли деревья, над глубокими канавами и речушками железнодорожное полотно как бы парит в воздухе — из-под них ушла земля. Это Трансполярная магистраль, которую начали строить в конце 1940-х годов.

О магистрали заговорили еще в предвоенное время, когда ради добычи полезных ископаемых и другого сырья осваивались сибирские и северные территории, шли «стройки века» вроде БАМа. В начале Второй мировой немецкие военные корабли и подводные лодки стали проникать в акваторию СССР. Тогда Иосиф Сталин задумался о строительстве укрепленного северного порта, а заодно — о железной дороге, которая соединила бы центр страны и северные районы с выходом в Карское и Баренцево моря. Для строительства порта выбрали поселок Мыс Каменный, дорога должна была пройти через Обь и Енисей, соединив воркутинский Чум с красноярским городом Игарка.  

В 1946 году власти отправили в районы будущей стройки тысячи заключенных. Там образовались исправительно-трудовые лагеря, в которые свозили самых выносливых — выживать в Заполярье было крайне тяжело. Они строили для себя бараки, обносили их колючей проволокой, валили в труднодоступных болотистых местах лес, строили насыпи и мосты. После завершения инженерных изысканий началась прокладка железной дороги. На работах были заняты более 100 000 заключенных, которые существовали в невыносимых условиях. Как позже свидетельствовал один из зэка, «ночью волосы примерзали к стенке [барака]». Работы отменялись только если температура воздуха опускалась ниже 45 градусов, а при 44 градусах они продолжались. Сколько заключенных погибли на этой стройке, точных данных нет, но эти смерти оказались напрасными.

То ли инженерные изыскания оказались неверными, то ли строительство старались вести чересчур ударными темпами, но железная дорога разваливалась. Первый участок протяженностью в 50 км построили за три месяца, из Чума в Лабытанги в 1948 году пришел первый поезд. Однако железная дорога тут же проседала — вечная мерзлота подтаивала. Заключенные снова и снова ремонтировали пути, но это было бессмысленно. Однако Сталину из-за страха оказаться на месте заключенных рапортовали: все идет отлично.

К 1953 году их запланированных 1480 километров построили более 800 км железнодорожного полотна, в которое вложили 42 млрд рублей. А 5 марта этого года умер Сталин. Трансполярная магистраль считалась его личным проектом, а после его смерти Совет министров признал дальнейшее строительство нецелесообразным. Работы свернули настолько срочно, что зэка дали сутки на сборы. Все оборудование в такие сроки забрать не смогли, поэтому просто бросили. Все ценное было тут же разграблено.

Позже некоторые участки дороги все же восстановили, и из Москвы стало можно добрать до Лабытанги на поезде. Дорогу все равно называют «мертвой», поскольку она угробила тысячи жизней и убила саму себя — хоть и «при помощи» вечной мерзлоты.