25 сентября 1999 года
Во Владивостоке умерла 91-летняя Анна Щетинина — первая в мире женщина-капитан дальнего плавания. «Леди-капитан».
Я прошла весь тяжелый путь моряка от начала до конца. И если я сейчас капитан большого океанского корабля, то каждый из моих подчиненных знает, что я явилась не из пены морской
Родилась в 1908 на станции Океанской под Владивостоком, в семье лесника. Только в 11 лет смогла пойти в начальную школу, до которой было 7 км от дома. Зимой сокращала дорогу — ехала на коньках по Амурскому заливу.
Работать в море решила после того, как отправилась на морском пароходе к отцу на рыбный промысел: в то время газеты призывали женщин осваивать мужские профессии. Однако начальник морского техникума не спешил ее принимать. Позже Щетинина пересказывала его слова в мемуарах:
На море захотелось? Романтика влечет? Вы совсем не знаете этой работы. Если ошибется и не сможет что-то сделать парень, это будет просто ошибкой. А если вы ошибетесь — скажут: баба, чего с нее взять?
Поступила. В годы учебы подрабатывала на разгрузке вагонов. На практику многие капитаны ее не брали, предвзято относясь к женщине на корабле. Первое судно, на котором удалось попробовать себя палубным учеником — торговый пароход «Симферополь». Поначалу ей давали самую тяжелую работу: оббивать ржавчину, чистить трюм, мыть банки из-под краски.
Я понимала, что если откажусь — никогда не встану с матросами на равную ногу, всегда буду для них пассажиром
В 1929 окончила судоводительское отделение, несколько лет служила матросом на Камчатке.
В 24 получила штурманский диплом, в 26 — диплом капитана дальнего плавания, стала работать старпомом.
В 27 оказалась проездом в Москве — ехала по путевке на юг. Там узнала, что нужно перегнать новый пароход, купленный Союзом в Гамбурге. Пожертвовала своим отпуском и согласилась пойти старшим помощником капитана. Но тот заболел, и Щетинину назначили на его место.
Провела пароход в Петропавловск-Камчатский через Одессу и Сингапур, уложившись в три месяца, сократив поставленные сроки и сэкономив валюту. Иностранные журналисты восторгались, как «леди-капитан» управляла судном и мужским коллективом — в каждом порту ее встречали толпы горожан.
Следующие два года оставалась капитаном сухогруза на Камчатке. Вела при нем судовой драмкружок и устраивала спортивные соревнования для команды.
В 1938 после ареста мужа, моряка-радиста Николая Качимова, спасла его от расстрела — добилась освобождения и реабилитации.
1938-1939 годы были жуткие. Не раз нас встречали грузовые машины, на которых людей под охраной увозили в тюрьму. Люди как-то исчезали, иногда целыми семьями. Это было страшно
В 1938 стала первым начальником рыбного порта Владивостока, организовала его работу «с нуля».
Войну встретила на Балтике — перегоняла на Дальний Восток очередное судно. Осталась под бомбежками эвакуировать население Таллина.
Позже переправляла во Владивосток грузы из США по ленд-лизу. За пять лет ее пароходы, минуя вражеские мины, авиацию и подлодки, пересекли Тихий океан 17 раз. Обеспечивала десантные операции во время войны с Японией, помогала терпящим бедствие судам. В том числе в 1944 спасла экипаж разломившегося на две части парохода «Валерий Чкалов» под управлением Александра Шанцберга.
Папа Шанцберг всегда при упоминании обо мне поет дифирамбы. Они, правда, при его эстонском акценте звучат весьма оригинально: «Он (это — я), хоть и баба, но рапотал зторово!»
Еще через год, в 500 милях от берегов Аляски, лопнула палуба у парохода «Жан Жорес», который шел под командованием самой Щетининой. Смогла довести корабль до порта, где заварили трещину, вставать на ремонт отказалась — взяла груз и ушла в Петропавловск.
После войны служила капитаном на Балтике, возглавляла судоводительский факультет в Ленинградском высшем мореходном училище. В 1960 была переведена во Владивостокское высшее инженерное морское училище.
Выполняла (часто — впервые в СССР) наиболее ответственные рейсы советских судов в страны Африки и Азии. Переправляла корабли в Австралию, на Кубу и в Индию.
Вышла на пенсию в 1983 — в 75.
