1 декабря 1942 года
Родился Валерий Борщев. Диссидент и правозащитник. Автор закона об общественном контроле за местами лишения свободы. Человек, который «дал обществу ключи от тюрьмы».
Правозащита — это не эмоции, это кропотливая работа с правом и фактами
Родился в Тамбовской области. Отца, военного инженера, часто переводили из гарнизона в гарнизон. В первый класс пошел в Якутии — вспоминал, что поселок был полон ссыльных. Ссыльных было много и в Иркутске, где учился позже — особенно литовцев. Когда умер Сталин, никто из его 10-11-летних одноклассников не плакал.
Верующим был с 10 лет — дедушка с бабушкой покрестили в церкви в ростовских Шахтах.
«Ярым антисталинистом» стал во время оттепели. Тогда же почувствовал вкус свободы и злость к тем, кто пытался ее ограничить.
Мы ходили в Ростове по улице Энгельса, сейчас — Садовая, и это называлось «прошвырнуться по Бродвею». У меня были голубые брюки, зеленый венгерский пиджак, чешские туфли — по нынешним временам, жалкая одежда, а тогда — писк моды, вызов. За нами гонялись милиционеры, чтобы разрезать брюки, потому что брюки были узкие
Еще в школе начал писать в областную газету — ростовский «Комсомолец». В 1961-м поступил на журфак МГУ. В Москве интеллектуальная жизнь кипела — в общежитие приезжал читать стихи Евтушенко, слушать поэтов и диссидентов ходили на площадь Маяковского. В 1962-м, после публикации повести «Один день Ивана Денисовича», один из преподавателей обратился к студентам: «Прошу всех встать, у нас родился великий писатель».
Тогда же осознал силу гражданской солидарности — вместе с однокурсниками уличили в плагиате старосту-КГБшника, и того перевели на заочное; отстояли от отчисления одногруппников, побывавших на митинге в защиту Даниэля и Синявского.
Диплом писал на тему общественной активности — материал собирал в Орле, проведя ряд опросов. В опубликованных по итогу статьях обком партии увидел крамолу.
Статьи призывали к тому, чтобы использовали все легальные способы противостоять произволу, защищать права человека. И там предлагался механизм — как все это сделать
От обвинений в антисоветчине спасла «Комсомолка» — по просьбе научной руководительницы газета перепечатала материал у себя и позвала парня на работу, в недавно созданный Борисом Грушиным «Институт общественного мнения». В 1966-м стал сотрудником «КП».
В 1974-м, когда в газете началась травля Солженицына, уволился. Работал в журнале «Советский экран».
В 1975-м познакомился с Андреем Сахаровым. В 1976-м — со священником-диссидентом Глебом Якуниным, оба участвовали в создании Христианского комитета по защите прав верующих. Распространял самиздат, отправлял новости западным «голосам».
В 1978-м вышел из КПСС, куда вступил в 1973-м.
Выйти из партии значило отказаться от успеха. Не в карьерном смысле, в профессиональном. Потерять профессию. И я ее потерял
Шабашил плотником, маляром, но эта работа была не постоянной, могли привлечь за тунеядство. Валерий Золотухин помог устроиться в театр на Таганке пожарным.
8 февраля 1980-го чудом избежал ареста — не было дома, когда пришли (тогда были арестованы все учредители Христианского комитета). На несколько месяцев ушел в подполье. Жил на нелегальной квартире, занимался переплетом христианской литературы.
После перестройки стал одной из ключевых фигур российской правозащиты.
Главным делом жизни был закон об общественном контроле за местами принудительного содержания. Его приняли в 2008-м. Независимые наблюдатели смогли посещать СИЗО, колонии и тюрьмы, дав возможность заключенным защитить свои права.
Шесть лет сам был председателем ОНК Москвы. В 2010-м с коллегами обнародовал доклад о гибели Сергея Магнитского — был одним из первых, кто заговорил о том, что его могли убить.
С 2019-го — сопредседатель МХГ. Старейшую в России правозащитную организацию ликвидировали в 2023-м:
Вы совершаете большой грех. Вы уничтожаете правозащитное движение!
Осудил войну с Украиной.
Умер 3 ноября 2025-го. Вскоре на Немцовом мосту появилось его фото — вместе с посвященным ему письмом от политзаключенного Алексея Горинова.
