13 июля: день рождения Сергея Клычкова — «крестьянского Фета» и друга Есенина
13 июля 1889 года родился Сергей Клычков — поэт, прозаик, переводчик, один из главных голосов новокрестьянской поэзии. Друг Сергея Есенина, «тихий лирик», которого Анна Ахматова называла «ослепительной красоты человек».
Мне говорила мать, что в розовой сорочке
Багряною зарей родился я на свет,
А я живу лишь от строки до строчки
Детство в малиннике
Клычков появился на свет в Тверской губернии, в семье крестьянина-старообрядца Антона Клычкова. Мать родила сына прямо в малиннике — пошла по ягоды и неожиданно разрешилась от бремени.
Ах, верно, с того я и дикий,
С того-то и песни мои —
Как кузов лесной земляники
Меж ягод с игольем хвои
У семьи в деревне было прозвище «Лешенковы» — от слова «леший». Сереже оно очень нравилось, и позже он использовал его как псевдоним. С историями про всякого рода нечисть мальчишку охотно знакомила бабушка — она показала будущему автору «Чертухинского балакиря» дорогу в мир сказок и созданных природой образов.
В прозе Клычкова проступает его исконная связь с традиционным миром крестьянства и крестьянской демонологии, равно как и влияние Гоголя, Лескова и Ремизова
(Вольфганг Казак)
Порка и счастливый случай
В мир литературы Клычков погрузился не сразу. Отец, сколотивший сапожную артель и сумевший выбиться из нищеты, грезил о профессии инженера для сына. Он отправил его поступать в московское реальное училище. На экзамене парень разволновался и не вымолвил ни слова — отец выпорол его прямо на улице. Мимо проходил директор другого училища, Иван Фидлер: он предложил переэкзаменовать отрока — тот, успокоившись, отлично справился и остался учиться в Москве.
Впереди одна тревога
И тревога позади
Посиди со мной немного,
Ради Бога, посиди!
Сядь до мною, дай мне руку,
Лоб не хмурь, глаза не щурь,
Боже мой, какая мука!
И всему виною: дурь!
Баррикады, стихи и несостоявшаяся смерть
В 1905-м Клычков ходил на баррикады. В 1906-м начал печататься с революционными стихами. В 1908-м едва не наложил на себя руки: возлюбленную, купеческую дочку, сосватали за другого, повыше статусом.
И потому страшнее
Нет ничего уловки
Когда себе на шею
Кладут петлю веревки
От несчастья его снова спас случайный прохожий. Узнать, что случилось, у расстроенного юноши остановился Модест Чайковский. Тронутый рассказом, он организовал Клычкову поездку в Италию («чтобы забыл горе»), познакомил с Горьким и Луначарским. Позже помог издать первые книги.
За ясную улыбку
За звонкий смех врассыпку
Назначил бы я плату
Я б основал палату
Где чистою монетой
Платили бы за это…
Но мы не так богаты:
Такой палаты нету!
Война, Есенин и «новокрестьянская» поэзия
Клычков участвовал в Первой мировой войне. Окопные впечатления и ужас от убийства он опишет позже в мистико-философском романе «Сахарный немец».
После октябрьского переворота Клычков жил в Москве — в здании Пролеткульта, в одной комнате с Есениным. Знаменитое «Не жалею, не зову, не плачу» тот посвятил именно ему. В 1918-м вместе с Есениным, Белым и Орешиным Клычков открыл издательство «Московская трудовая артель художников слова». Выпустил несколько сборников, созвучных «новокрестьянской» поэзии.
Травля и молчание
Клычков критиковал литературный формализм и уродование живой речи. К 1930-м вместе с другими «новокрестьянскими» поэтами он подвергся травле — за идеализацию крестьянской России в период коллективизации.
Должно быть, я калека
Наверно, я урод:
Меня за человека
Не признает народ!
…Я с даром ясной речи
И чту я наш язык
Я не блеюн овечий
И не коровий мык!
Скажу я без досады
Что, доживя свой век
Средь человечья стада,
Умру, как человек!
На работу его не брали. Чтобы прокормить семью, Клычков переводил с марийского, грузинского, киргизского языков.
Арест и расстрел
В 1937 году Клычкова арестовали как участника вымышленной «Крестьянской трудовой партии».
Он зажег свечу, прочитал ордер на арест и обыск… и так и остался сидеть в белом ночном белье, босой, опустив голову в раздумье… В неровном, слабом свете оплывающей свечи было в нем самом что-то такое пронзительно-горькое, неизбывно-русское, непоправимое
(из воспоминаний жены)
Через два месяца его приговорили к расстрелу — суд длился 25 минут, приговор привели в исполнение в тот же вечер. В 1956 году Сергея Клычкова реабилитировали «за отсутствием состава преступления».
Не мечтай о светлом чуде:
Воскресения не будет!
Ночь пришла, погаснул свет
Мир исчезнул… мира нет
Только в поле из-за леса
За белесой серой мглой
То ли люди, то ли бесы
На земле и над землей
