5 октября: первый звуковой киносеанс в СССР на Невском проспекте в Ленинграде
На Невском проспекте в Ленинграде в кинотеатре «Знание» («Совкино») состоялся первый в СССР звуковой киносеанс. Немой кинематограф заговорил — при помощи звуковой системы изобретателя Александра Шорина.
Как кино пытались озвучить
Первую попытку дать голос «великому немому» предпринял Томас Эдисон в 1894-м. К тому времени уже существовал изобретенный им фонограф — аппарат для записи и воспроизведения звука, и гений новаторства решил объединить его с киноаппаратом:
Аппарат, который будет для зрения тем же, чем является фонограф для слуха
Полученный кинетофон остался в истории техническим курьезом: синхронизировать разные части устройства оказалось сложно, артикуляция не совпадала с записанной речью, звук был низкого качества, и смотреть кино можно было только в одиночку, надев наушники. Проекция на большой экран не предусматривалась.
Годом первого показа звукового фильма на публику считается 1900-й: Леон Гомон в Париже использовал тот же принцип, что и Эдисон, синхронизировав аппарат Люмьера с фонографом. Но и тут синхронизация была не на высоте — отдельный источник звука все еще был проблемой, на решение которой ушло около 20 лет.
Споры о звуке в кино
Кинопроизводители прогресс встречали настороженно — боялись, что кино с национальной озвучкой утратит универсальность, а значит аудиторию и прибыль. А люди искусства боялись опошления искусства. Чаплин, например, считал, что звук не только ничего не прибавит к выразительным возможностям — пластике, мимике — но и ограничит их: «Это все равно что румянить щеки мраморных статуй».
Писатель Виктор Шкловский использовал другой образ: «Говорящее кино почти так же мало нужно, как поющая книга».
В 1928-м кинематографисты Всеволод Пудовкин, Сергей Эйзенштейн и Григорий Александров выступили в советской печати с заявкой «Будущее звуковой фильмы». Звуковое кино как новую реальность они принимали, но предостерегали от злоупотреблений:
Первый период сенсаций не повредит развитию нового искусства, но страшен период второй, который наступит вместе с увяданием девственности и чистоты первого восприятия… [Автоматически] использованный звук будет уничтожать культуру монтажа
Меж тем, живая речь все чаще звучала по радио. Для кинематографа внедрение звукозаписи становилось все более очевидной коммерческой необходимостью.
Проблему синхронизации звука и изображения удалось решить, совместив их на общем носителе — кинопленке. Это получилось в 1916-м у инженера из Венгрии Дениза Михали.
Более-менее пригодную для массового использования совмещенную с картинкой оптическую дорожку представили в 1922-м немцы — в технологии «Триэргон». Но качество звука все еще было плохим.
В 1927-м братья Уорнеры сняли по технологии «Вайтафон» — со звуком, записанным на грампластинки — фильм «Певец джаза»: в почти сплошь музыкальном, там звучит первая синхронная реплика, открывшая эру звукового кино:
Подождите, подождите минутку! Вы еще ничего не слышали
Звуковое кино в СССР
В СССР работы по созданию собственных систем звукового кино начались в 1926-м. В Москве с синхронизацией звука и изображения экспериментировал инженер Павел Тагер, в Ленинграде — Александр Шорин. Первый записывал звук при помощи изменения силы света, второй — ширины специальной звуковой дорожки.
Что это за странное явление — «фотогеничность звука?» Почему звуки гитары и балалайки всегда выходят хорошо и звучат естественно, а рояль почти всегда звучит плохо? Почему речь иногда понятна и ясна, а иногда она бубнит и бубнит?
(А. Шорин)
С изобретением Шорина в действии публика познакомилась в 1929-м: аппаратная кинозала «Знание» в Ленинграде была оборудована «немыми» кинопроекторами и звукосистемой «прямого чтения». Зрителям тогда показали частично озвученные фрагменты из снятого ранее фильма «Бабы рязанские».
Публике новация, что называется, «зашла». В 1930-м аншлаги собирала вполне прозаическая запись речи наркома просвещения Луначарского. А в 1931-м состоялась премьера первой звуковой игровой полнометражки «Путевка в жизнь» — ее снимали по системе Тагера. Фильм получил награду I Международного кинофестиваля в Венеции и был показан в 107 странах мира.
