Время на прочтение: 10 минут(ы)

14 марта 2024 года в Сафоновском районном суде Смоленской области состоялось судебное заседание по административному делу против Ильи Яшина. Илья отказывается маркировать свои блоги в ФБ и ТГ плашкой иноагента. Он отбывает срок. Присутствовал в суде по видеосвязи. Судья Вадим Соловьев постановил оштрафовать его на 30 тыс. Если оба решения по немаркировке соцсетей устоят на апелляции (ранее Бабушкинский районный суд г. Москвы также признал Илью виновным в нарушении иноагентского законодательства), то Илье грозит еще два года реального срока в колонии. Напомним, что в декабре 2022 года Яшин был приговорен к восьми с половиной годам  тюрьмы общего режима за «дискредитацию армии».

Публикуем последнее слово Ильи на вчерашнем заседании суда:

Благодарю за предоставленную возможность выступить.

Уважаемый суд, Ваша честь, уважаемые слушатели!

Я попытаюсь вкратце объяснить, что происходит, это не так легко. Потому что сегодня ровно 4 месяца как я нахожусь в исправительной колонии и практически все эти четыре месяца я пытаюсь объяснить своим надзирателям, тюремщикам, конвоирам, в чем, собственно, меня обвиняют. Это достаточно сложно, потому что немногие понимают, что это за иноагентство. Почему человека судят за маркировки, неужели человека действительно могут за это посадить на два года?

Я подозреваю, что для Сафоновского районного суда дела по иноагентству это тоже такая своеобразная экзотика. Подозреваю, что я, наверное, первый иноагент, которого доставили, пусть и посредством видеосвязи, в Сафоновский суд. Поэтому я считаю необходимым объяснить, что происходит вокруг этого дела, с моей точки зрения.

На протяжение уже более двадцати лет в нашей стране происходят гонения на политическую оппозицию, одним из представителей которой я являюсь. Оппозиционеров обвиняют в том, что они работают против своей страны, защищают интересы иностранных государств, являются агентами недружественных, враждебных государств или государственных структур. В последние годы мы вышли на новый виток этой стигматизации. Раньше государство, государственные структуры или какие-то пропагандистские структуры объявляли нас врагом народа, иностранным агентом или еще кем-то. Например, показывали сюжет по ТВ и говорили: этот человек, который критикует действующую власть, работает в интересах иностранных правительств, работает против своей страны. Такая классическая пропаганда.

Я сам неоднократно с этим сталкивался. По телевидению не раз демонстрировались сюжеты, что якобы я работаю на иностранные правительства, причем доказательства были такого уровня: там демонстрировали какой-нибудь договор с каким-нибудь посольством и оговаривались, что «подписи на документах нет, но эксперты не сомневаются в его подлинности». Ну, и дальше показывали какого-нибудь «эксперта», который не сомневается в подлинности. Конечно, это выглядело не очень убедительно, люди этому не верили, поэтому такая пропаганда не работала. Поэтому какой-то умник в администрации президента или партии власти придумал, что надо изменить подход к этой проблеме. Нужно сделать так, чтобы сами представители оппозиции себя клеймили.

То есть до этого нас клеймили извне, а теперь создали такую правовую базу, когда мы сами должны себя клеймить, мы сами должны объявлять себя иноагентами и сами должны себя, по сути, приравнивать к врагам народа под угрозой административного и уголовного преследования. Последний год введены дополнительные законодательные нормы, которые помимо административной и уголовной ответственности подразумевают конфискацию недвижимого имущества у иноагентов, ну и прочее.  Я думаю, что все следят за информационной повесткой и понимают, о чем я говорю. И это на самом деле иезуитская, абсолютно подлая норма. Хорошо, вы можете про меня говорить, что угодно. Можете, как угодно, полоскать меня на телевидении, но теперь вы пытаетесь, я имею в виду не суд, а государство (суд представляет государство) вынуждает меня самого себя клеймить! Самого себя объявлять иностранным агентом! Маркировать какими-то позорными надписями мои публичные выступления! И с этим, конечно, я смириться не могу.

Просто для понимания суда, как происходило объявление меня иностранным агентом. После того, как в феврале 2022 года началось то, что вы называете СВО, а я называю войной, я занял жесткую антивоенную позицию. Я…

Судья прерывает: Илья Валерьевич, я прощу прощения, вынужден вас прервать. Я вам напоминаю, что совершение в присутствии суда противоправных действий, которые влекут за собой ту или иную ответственность, не допускается. Я в начале судебного заседания об этом сказал. Поясню еще раз. Да, может быть, не совсем правильная аналогия, но тем не менее. Если в присутствии суда наносится кому-то увечье, по вашему мнению, это риторический вопрос, вы можете на него не отвечать. Суд не должен реагировать? Должен. То же самое касается и нарушения тех действующих нормативов, которые действуют на территории РФ, я не имею права их допускать. Поэтому если вы опять будете высказывать фразы, выражения, слова, свои мнения, которые могут повлечь за собой ответственность именно для вас, то я буду вынужден вас прерывать. Поэтому, пожалуйста, говорите по сути того, что вам вменяется в вину, ваше мнение по тому решению, которое должен принять суд, исходя из того, что вы нам сейчас сказали. Пожалуйста. Это только в ваших интересах, поскольку в зале присутствуют журналисты, представители СМИ, т.е. данные высказывания являются публичными и они повлекут за собой ответственность. Ту или иную. Чего я допустить, в силу своей должности и своих обязанностей, не имею права. И опять же акцентирую ваше внимание, что это касается именно и только Вас. Поэтому, пожалуйста, продолжайте, я вас перебивать не буду, если вы не будете, если в ваших действиях не будут содержаться признаки правонарушений или уголовно наказуемого деяния. Пожалуйста, слушаю Вас!

Илья Яшин: Ваша честь, я, конечно, ценю вашу заботу, но я и так уже за это сижу в тюрьме, так что бояться мне особо нечего. Это, во-первых. И во-вторых, мне кажется, что вы довольно сильно перестраховываетесь. Потому что если бы вы, например, посмотрели последние интервью Путина Карлсону или Киселеву, то даже он уже называет происходящее тем словом, которое вас так нервирует и которое вас так тревожит. Поэтому это уже общепринятое. Т.е. я понимаю, что в первые месяцы происходящего за это людей штрафовали по статье о дискредитации армии, и людей привлекали к ответственности, но это уже стало общим местом. Уже Путин называет это тем словом, которое так вас тревожит. Но да бог с ним! Речь сейчас не об этом.

Речь о том, что после 24 февраля [2022] я занял жесткую публичную антивоенную позицию, и эту позицию отстаивал. Четыре месяца спустя я был арестован по статье о так называемых фейках в отношении российских вооруженных сил и с тех пор нахожусь за решеткой. Через несколько недель после этого я был объявлен иностранным агентом, уже после ареста. Объявлен я был абсолютно волюнтаристски. Я думаю, что вы знаете, как происходит процедура объявления иноагентом, но я поясню. Нет никакого судебного разбирательства, в результате которого вас могут признать иноагентом. Просто по пятницам на сайте Министерства юстиции РФ публикуется в произвольном порядке список лиц, которые с этого момента признаются иностранными агентами и на них возлагаются дополнительная ответственность, дополнительные обязательства, дополнительные ограничения. Например, иностранным агентам запрещено преподавать. Иностранные агенты обязаны маркировать свои публичные выступления огромной унизительной надписью. С недавних пор иноагенты не имеют права получать в России гонорары, авторские отчисления за интеллектуальный труд и т.д. Это абсолютно дискриминационная норма, которая реализуется во внесудебном порядке. Просто решением каких-то клерков Минюста, фамилии которых мы даже не знаем. И, конечно, это абсолютно дискриминационная норма, которая была применена и в отношении меня.

Разумеется, мои защитники обжаловали это, сам я уже не мог этого сделать, потому что находился за решеткой. Мои защитники в моих интересах обжаловали это решение. И в Замоскворецком районном суде г. Москвы мы пытались все-таки узнать, на каком основании, я человек, который всю жизнь прожил в России, участвовал в выборах, который получил доверие избирателей, был избран главой округа Красносельский г. Москвы, четыре года добросовестно выполнял свои обязанности, получал грамоты, получал премии и т.д. На каком основании меня, российского политика, российского патриота, признали иностранным агентом? И единственное, чего мы добились от Минюста, это выписки из налоговой инспекции о моих поступлениях, к тому моменту я уже год работал индивидуальным предпринимателем (ИП). И нам представили выписки о том, что среди поступлений на мой счет как ИП были деньги, полученные путем монетизации моего Youtube-канала.

Вы, наверное, знаете, как это работает. Есть Youtube-каналы, вы можете получать доход от рекламы, которая размещается в ваших роликах и стримах. И я абсолютно официально получал этот доход. Повторюсь, я был зарегистрирован как ИП, и на свой счет по договору ИП я получал средства от Youtube, совершенно честно с этих денег платил налоги. И у налоговой претензий ко мне не было. Часть тех денег, которые я получал, я вносил доход государства и на этом основании я был признан иноагентом, потому что это был доход от Youtube. Но в чем интересный момент? Компания Гугл, которой принадлежит Youtube, зарегистрирована в Ирландии. Компания так и называется Гугл Ирландия. И российским блогерам, российским пользователям доход приходит от ирландской компании. При этом агентом я был признан почему-то Украины! Какая связь? В суде представители Минюста так и не смогли на это ответить.

Суд, конечно, принял решение в пользу Министерства юстиции, мы это обжаловали и это всё устояло. Вы же тоже наверняка не первый год работаете в суде, слава богу, не в московском Басманном. Тем не менее, вы знаете, как принимаются решение по политическим вопросам в нашей стране. Сами, наверное, сейчас и столкнулись с этим. Но, тем не менее, мне кажется, что это решение [Замоскворецкого] суда, абсолютно незаконно и абсолютно возмутительно. И, разумеется, политически мотивированное.

Я хочу еще раз изложить суду свою позицию.  Я не признаю себя иностранным агентом. Я не согласен с той позицией, которую озвучил Минюст, в данном случае представитель Роскомнадзора. Я на протяжении всей своей жизни, уже почти 24 года, работаю в интересах своей страны, с совершеннолетия. Я российский патриот, я российский политик. Я неоднократно получал доверие избирателей на выборах. Никогда в своей жизни я не получил ни одной копейки от иностранных государственных структур, от иностранных правительств. Я никогда не находился и не нахожусь под влиянием иностранных правительственных или каких-то других организаций или структур. Я нахожусь под влиянием исключительно своих избирателей и своих сторонников.

Я хочу подчеркнуть, что мой патриотизм, моя верность своей Родине, своим убеждения подтверждаются в том числе и тем, что я остался в России. Как вы понимаете, [существовал — ред.] риск, связанный с уголовным преследованием после начала того, что вы не хотите, чтобы я произносил. С 24 февраля было очевидно после принятия всех этих драконовских законов о дискредитации вооруженных сил, о фейках про армию, было очевидно, что дело идет к моему аресту. Потому что я занял абсолютно публичную принципиальную позицию.

Я понимал, что меня арестуют. Я понимал, что я окажусь за решеткой.  Многие мои коллеги выбрали эмиграцию. Я выбрал свои убеждения. Я за свои убеждения и за свой патриотизм оказался за решеткой. И то, я сейчас нахожусь за решеткой, тоже является доказательством верности своим убеждениям, своей Родине. Поэтому для меня это клеймо иноагента это не просто дискриминация. Для меня это оскорбление. Я никогда не был иностранным агентом и не буду. Я всегда была верен своей стране и своему народу и остаюсь верен. Я считаю, что закон об иностранных агентах абсолютно антиконституционен. Это дискриминационный и по сути своей фашистский закон, который противоречит и духу права, и здравому смыслу.

Моя гражданская позиция, я хочу это подчеркнуть, что это моя гражданская позиция, заключается в том, что я принципиально несмотря на риски административного и уголовного преследования отказываюсь выполнять фашистские законы и не буду этого делать.

Пусть мне за это добавят еще два года или десять лет – сколько угодно, но для меня это вопрос моих принципов, моих политических гражданских убеждений. Этот закон я не признаю. Иностранным агентом я не являюсь. Роскомнадзор я считаю абсолютно позорной структурой государственной цензуры и считаю, что этот орган в прекрасной России будущего должен быть ликвидирован. Государственной цензуры не должно быть, ровно так, как записано в нашей Конституции. Спасибо!