Время на прочтение: 9 минут(ы)

20-летняя жительница Кемерова покидает Россию вместе со своей партнеркой, убедившись, что у нее нет будущего в родной стране. Окончательно решилась на это, когда российские власти стали принимать законы, ущемляющие права ЛГБТК-персон.

— Я всегда была хорошим работником, быстро сделала карьеру. Однако, когда учредитель компании узнала, что мне нравятся женщины, у меня начались проблемы и в итоге пришлось уволиться, — рассказала НеМоскве кемеровчанка Слава (имя героини изменено по ее просьбе из-за возможной угрозы ее безопасности). По словам девушки, она терпела унижения и буллинг со стороны руководителя, пока это было возможно.

Славе двадцать. Несмотря на юный возраст, уже сумела сделать карьеру. Сразу после окончания школы она пришла в одну из самых популярных кемеровских кофеен работать баристой, и вскоре заняла должность управляющей. Под началом недавней школьницы находилось более десятка человек. И никаких претензий со стороны собственников бизнеса до поры до времени к Славе не возникало.

— Работу удалось наладить хорошо, в коллективе была нормальная обстановка. Ребята старались помогать друг другу и по работе, и по жизни. И все было бы нормально, наверное, если бы однажды в кофейню случайно не забрела моя бывшая близкая подруга. Я не смогла в какой-то момент скрыть эмоции, а один из сотрудников это заметил. Парень потом спросил: «Что это было? Вы с ней спали? Ты лесбиянка?» Я не стала отрицать очевидного и призналась. Разумеется, по секрету, попросив его никому об этом не говорить, — рассказывает Слава.

Коллега пообещал сохранить тайну, однако уже совсем скоро Славу позвала к себе директор по предлогом служебного разговора. С того момента все и началось.

Как вспоминает девушка, ее начальница «долго мялась», а потом спросила напрямую — «тебе нравятся девушки?» Слава сказала, что это не имеет отношения к исполнению служебных обязанностей, но своей сексуальной ориентации отрицать не стала.

— Я в принципе не понимала, какое дело постороннему человеку. Это даже с родителями как-то не очень обсуждаю. А тут просто коллега. Я сказала, конечно, что мне нравятся женщины. А директор начала — это даже смешно как-то говорить — убеждать, что мне просто надо попробовать секс с «нормальным мужиком, тогда вся эта дурь пройдет». Я категорически не люблю конфликтных ситуаций, так что не стала особенно спорить и просто выслушала ее мнение. Тем не менее, директор в результате перешла на крик. Поэтому я просто ушла и продолжила заниматься рабочими делами. Через час примерно она вышла из кабинета, подошла ко мне, извинилась и сказала, что была неправа и больше не будет со мной обсуждать личную жизнь, — говорит Слава.

В реальности, директор не сдержала обещания и речь о гомосексуальной ориентации Славы заходила постоянно и постоянно же становилась причиной эмоционального давления. Именно поэтому в результате Слава уволилась, хотя, как утверждает сама кемеровчанка, работа ей очень нравилась.

— С раннего детства я чувствовала, что со мной что-то не так, как с большинством окружающих меня людей. Девчонкам нравились пацаны, мальчишкам — девчонки. А я помню, как еще лет в пять я испытывала очень теплые чувства к своей подружке. Но тогда еще не понимала, что именно. А вот окончательно я поняла свою гомосексуальность в 14 лет. Что стало причиной многочисленных унижений в школе, хотя я никогда не афишировала свои предпочтения, — вспоминает Слава.

По ее словам, одноклассники то запирали ее в школьном туалете, то устраивали ей «темную». Или писали на классной доске оскорбительные слова в ее адрес. Причем учителя, как водится, все это видели, но предпочитали не замечать проблемы.

— Начиная со школы, мне очень сложно говорить о своей личной жизни с окружающими честно. Во-первых, это страх, что люди плохо отнесутся ко мне и к тому человеку, что рядом со мной. Во-вторых, в последние годы это реально стало опасно. Градус нетерпимости растет пугающими темпами. Плюс новые законы, которые принимают российские власти, ставят меня и таких, как я, буквально на один уровень с преступниками. Именно поэтому я всегда избегала ЛГБТК-тусовки, пытаясь полностью закрыться в каком-то личном безопасном коконе. Но, увы, это просто невозможно. Всегда кто-то что-то когда-то увидит, заметит. И это станет реальной опасностью, а значит, ты вынужден жить в постоянном страхе, — делится своими переживаниями Слава.

Говоря о «ЛГБТК-тусовках» и том, что она их избегала, Слава тем не менее все же называет несколько. В частности, в Кемерове гомосексуальные подростки, по словам девушки, собираются в парке в центре города. Еще одна подобная «локация» расположена рядом с некогда популярной гостиницей «Кузбасс» на главной городской прогулочной улице Весенняя. Однако, как утверждает Слава, сюда в большей степени «приходят геи, чтобы подзаработать на приезжих, желающих особенных развлечений».

— Все это не для меня. Сейчас у меня есть девушка. Мы хотим одного и того же. Во-первых — это перестать бояться. А чувство опасности — это что-то постоянное, от чего невозможно спрятаться. Понимаете, я всем вынуждена говорить, что живу в одной квартире с подругой, чтобы сократить расходы на коммуналку, а вовсе не потому, что люблю это девушку. И это очень тяжело. Во-вторых, я не хочу в принципе скрывать свои отношения. Я хочу создать семью, родить или воспитывать приемного ребенка. В России уже сейчас это невозможно сделать, а вскоре, я уверена, наша жизнь станет во много раз хуже. Поэтому мы вместе решили, что к следующему учебному году уедем в Европу, во Францию, чтобы поступить в университет и начать строить свою жизнь подальше от России, — рассуждает Слава.

Славе и ее подруге проще чем многим в их ситуации: обеих девушек поддерживают их родители. Они знают о сексуальной ориентации дочерей и помогают им по мере возможности.

38-летний кемеровчанин Кирилл вскоре после вторжения российской армии в Украину покинул родину. До того малую, а теперь — и большую. Причины — все те же. Уровень неприятия в обществе ЛГБТК-персон и нападение на соседнюю страну, которое уже привело, как он считает, к катастрофическим последствиям в самой России.

— Сейчас власти «разгоняют» тему ненависти внутри самого общества, а мы — представители ЛГБТК — удобная мишень для этого. Идиоты были всегда. И раньше кто-то ловил молодых ребят и бил за то, что они геи. Многие просто не могли дать отпор. Но это были какие-то отдельные истории. Сейчас все идет к тому, что власть так или иначе науськивает обывателя, показывает ему врага «внутри». Вроде как именно геи во всем виноваты. Я смотреть на это не могу и не хочу. А тем более — стать невольной жертвой этой ненависти, — говорит Кирилл.

Сейчас он живет живет в Буэнос-Айресе, куда он перебрался из Москвы. В российской столице Кирилл работал в индустрии модной одежды. И несмотря на то, что в этой сфере, как принято думать, немало представителей ЛГБТК, он вспоминает, что даже в его компании гею было непросто.

— Я никогда не афишировал своих сексуальных предпочтений. Но были ребята, кто, скажем так, был более откровенен. И на них выливалась грязь со стороны руководства компании. Публично. Хотя, как мне известно, один из директоров тоже был геем. Скорее всего, такая официальная позиция нетерпимости — это попытка «отмазаться», убрать «скандальную» составляющую для представителей различных государственных структур, с которыми нам приходилось достаточно много работать. Чтобы «никто не сплетничал про нас» и ЛГБТК-составляющая не мешала бизнесу, — рассуждает Кирилл.

Получается, покинув провинциальный Кемерово в надежде на «большую свободу» в Москве, он убедился, что уехал недостаточно далеко, что «в России свободы для геев, в частности, нет и быть не может».

— Понимаете, для меня не так принципиально, чтобы я мог публично заявить о своей гомосексуальности. Но постоянно бояться, чувствовать себя загнанным в угол и все время контролировать свое поведение, свои слова — это очень изматывает. И я решил все изменить кардинально. Но нужен был «пинок», чтобы сдвинуться с места. Когда началась война, я окончательно понял, что больше не хочу и не могу жить в России, — говорит Кирилл.

Выбирая страну для переезда, остановился на Аргентине. Во многом потому, что эмиграция сюда — одна из самых простых. Достаточно въехать в качестве туриста, а затем заявить о желании остаться. Дальше — оформление документов и ожидание положительного решения. И, конечно, определенные затраты — несколько тысяч долларов, — необходимые в качестве оплаты услуг посредников и госпошлины.

— Первое время было трудно. И это было ожидаемо. Я — человек взрослый. А потому иллюзий не строил. Сейчас, несколько месяцев спустя — все стало более или менее понятно. Еще в России я выучился на массажиста. Здесь эта работа достаточно востребована. Я устроился сначала в один массажный салон, потому — в другой. Уже приработался что называется. В принципе моего дохода хватает на самое необходимое. Съем жилья, питание. Даже на какие-то развлечения остается. Тем более, что я живу сейчас один — мне много не надо.. Зато появилось чувство уверенности и безопасности в моей жизни. Наверное, впервые за многие годы. И это стало возможно только после отъезда из России — подводит итог Кирилл.

Он уверен, что на родину не вернется: «Я не верю, что и сама страна, и люди в ней смогут измениться настолько, чтобы я смог даже подумать о возвращении».

Выезд граждан России из страны после начала войны в Украине стремительно вырос. Главные причины — война и мобилизация. По данным на конец 2022 г. согласно разным оценкам страну покинуло от полумиллиона до миллиона человек. Около 155 тысяч граждан России в прошлом году получили временный вид на жительство, а еще около 15 тысяч россиян подали заявления на предоставление политического убежища в странах ЕС. В том числе из-за преследования на почве сексуальной ориентации. Причина — постоянно растущий уровень репрессивности российского законодательства к ЛГБТК-персонам.

Представителям ЛГБТК удается закрепиться в Евросоюзе не всегда. Так, ЛГБТК-активисту из Санкт-Петербурга Томасу Дэвэрэллу, выехавшему в Швецию, сначала власти страны в убежище отказали. Не оценили реальности угрозы. В документе об отказе россиянину советовалось следующее: «если полиция не смогла помочь… (необходимо — прим.ред.) обратиться в вышестоящие органы (России — прим.ред.)»

Однако позднее ему удалось добиться пересмотра своего дела, окончательное решение по которому еще не принято. Апелляционная жалоба Дэвэрэлла еще рассматривается. По его словам, одна из проблем, которые необходимо объяснять в Евросоюзе, «в России гомофобия исходит не только от обычных людей, но и от власти».

Доказательство тому систематическое ужесточение «анти-ЛГБТК»-законодательства в РФ. Так, только за последние месяцы было внесено как минимум два изменения в этой сфере.
В конце прошлого года президент России Владимир Путин подписал закон о полном запрете пропаганды ЛГБТК. В июне 2023 году ГосДума приняла в первом чтении закон о запрете «смены пола».

За нарушение в этой сфере российский законодатель предусмотрел жесточайшие санкции. Достаточно сказать, что за пропаганду «нетрадиционных» отношений или смену пола виновному грозит штраф до 10 млн рублей. При возможности максимально широко трактовать само понятие «пропаганда» в данной сфере под угрозой новых законов может оказаться практически любой россиянин, который имеет к ЛГБТК даже самое далекое отношение.

Славу и ее подругу проблемы, связанные с переездом не пугают. Девушкам удалось наладить связи с одним из университетов в Гренобле, обсудить с его представителями условия поступления в вуз и проживания в студенческом общежитии, а также возможность получения студенческой визы. Этот документ позволит кемеровчанкам для начала получить право легального пребывания на территории Евросоюза в течение всего срока обучения.

— Виза дает право находиться во Франции три года — именно столько продолжается обучения на уровне бакалавриата. По сути, все вопросы, связанные с переездом, практически решены. Нашли потенциальные места для дальнейшего трудоустройства после переезда. Понятно же, что работать надо будет даже во время учебы в университете. Кстати, про финансовую сторону переезда. У нас уже есть денежные накопления. Плюс моя девушка хорошо зарабатывает в настоящее время. Я пока временно была без работы — после увольнения из кофейни. Сейчас нашла приличную работу с достойной зарплатой. Одним словом, готовимся как можно скорее уехать. Здесь, в России, а в Кемерове особенно, нам делать нечего. Я отлично понимаю, что во Франции нас ждет много проблем, но они будут совершенно иного свойства. И главное — появится надежда на нормальную жизнь без страха за личную безопасность и постоянных преследований. Лучше сейчас, когда нам по 20 лет, столкнуться с временными трудностями, чем потом — например, в 30 лет, — понять, что сил жить в России нет и все равно уехать из страны, —делится своими планами Слава.

Она мечтает получить образование искусствоведа, ее подруга — стать видеографом. Обе уверены — все получится. Выучили французский язык на уровне, позволяющем посещать занятия в университете. Для Славы это уже второй европейский иностранный язык — она может легко общаться на чешском.

Сексуальная ориентация — это данность. Поменять ее невозможно. А из страны, которая не хочет принимать тебя таким, какой ты есть, пока можно уехать. Сейчас эта нехитрая мысль становится мотивом к перемене мест для многих.