Три страшных катастрофы, которые случились на Урале. Их пытались скрыть
26 апреля — День памяти погибших в радиационных авариях и катастрофах: 37 лет назад произошел страшный взрыв на Чернобыльской атомной электростанции. Данные о катастрофе были засекречены даже от тех, кто ликвидировал аварию, а масштаб трагедии стал ясен лишь спустя годы. Но это не единственная катастрофа, случившаяся на территории Советского Союза, масштабы которой пытались приуменьшить или скрыть: в стране Советов не могло быть чрезвычайных ситуаций. Мы взглянули на одну территорию — Урал: рассказываем о трех серьезных авариях, унесших жизни сотен людей.
Радиоактивная катастрофа на «Маяке» (Челябинская область)
Первая в СССР радиационная авария произошла не в Чернобыле. 29 сентября 1957 года на химкомбинате в закрытом городе Челябинск-40 произошел взрыв в хранилище отходов. В результате 23 деревни было уничтожено, 12 тысяч человек выселили из домов. А в зоне загрязнения оказались 270 тысяч человек.
Данные о катастрофе более 30 лет были засекречены. О ней начали говорить после аварии на Чернобыльской АЭС. Вот что стало известно.
Химкомбинат «Маяк» стал первым в СССР предприятием по получению атомного взрывчатого вещества — плутония-239. Радиоактивные отходы от его производства хранили в емкостях из нержавеющей стали: в железобетонных каньонах под землей в воде. Что именно заставило отходы сдетонировать, до сих пор неизвестно, пишет издание 74.RU.
Взрыв был невероятной мощности. В воздух поднялось багрово-оранжевое облако. Высота «гриба» превышала километр. 160-тонную крышку хранилища отбросило в сторону на 25 метров. На месте взрыва образовалась воронка диаметром 20 метров и глубиной до 10 метров. В 800 метрах от эпицентра взрывной волной выбило стекла в зданиях. А в 200 метрах от хранилища стекла вылетали вместе с рамами и разрушались кирпичные стены.
90% содержавшихся радиоактивных веществ осели на территорию химкомбината. Остальные 2 миллиона кюри рассеялись в северо-восточном направлении на территории Челябинской, Свердловской, Тюменской и местами Курганской областей. Челябинск от радиации спасала роза ветров — облако унесло в сторону.
В первые сутки «выселили» три военных части, лагерь заключенных и три деревни. Угрожающая для жизни доза радиации фиксировалась на территории до 23 километров от эпицентра взрыва. Жители деревень отказывались уезжать, встречали военных с лопатами.
«Люди не понимали, почему их выселяют. Нам запретили давать какие-то объяснения. Помню, выходит из дома крепкий дед с длинной седой бородой и говорит: «Сынок, зачем ты меня хочешь выселять, у меня весь род здесь на кладбище лежит». Я объяснил, что здесь для здоровья вредно. Он не поверил, сказал, что здесь якобы найден уран, — в интервью журналистам 74.RU рассказал ликвидатор аварии Геннадий Сидоров. — Разработка уранового месторождения была одним из самых популярных объяснений масштабного переселения. Люди не видели радиацию, не ощущали ее, поэтому опасность казалась далекой. Было больно смотреть, как у людей забирали скот и урожай».
К работам привлекали даже детей, которым приходилось закапывать на полях зараженный радиацией урожай.
«Я тогда училась в первом классе. Нас всех снова вызвали на поля. Мы увидели глубокие траншеи. Туда нам без объяснения причин сказали зарыть весь собранный урожай. На протяжении двух лет к нам каждый месяц приезжали врачи, проводившие полное обследование. В пятом классе у меня увеличился зоб из-за нехватки йода. О том, что произошло тогда на «Маяке», мы узнали только 40 лет спустя», — вспоминает жительница поселка вблизи химкомбината Раиса Низамовна.
Сколько человек пострадало от радиации «Маяка» — до сих пор неизвестно. Местные лишь говорят: «Никто же ничего не знал, что происходит. Аппарат к телу подносят, он звенит. А что это звенит-то, я не понимала. Все же было засекречено. И за разглашение чуть ли не расстрел».
«Я лично сам насчитал 116 погибших»: железнодорожная катастрофа в Ламенке (Тюменская область)
В местной газете в конце июля 1972 года напечатали заметку: на железнодорожных путях в Ламенке (Тюменская область) произошло крушение поезда, погибли два человека.
За несколько дней до этого, ночью, семья Нины Завьяловой проснулась от страшного шума. К дому подбежала соседка и закричала: «Спасайся, баки будут гореть!». Семья выглянула в окно — там были зарево, вой, крик, шум.
В ночь с 25 на 26 июля 1972 года тепловоз пассажирского поезда «Новокузнецк — Москва» на станции Ламенской налетел на последние вагоны грузового поезда. Случился взрыв.
«В те годы на железной дороге еще работали стрелочники, и в Ламенке они тоже отвечали за перевод стрелок. Дежурной по станции в ночь катастрофы была молодая девушка, которой только недавно разрешили самостоятельно выходить на смены. Она спросила у стрелочников, свободен ли путь, и, услышав утвердительный ответ, дала зеленый сигнал подъезжавшему пассажирскому поезду. Но путь в тот момент был занят грузовым составом, который только тронулся и набирал скорость. Поезда столкнулись. Погибли 116 человек», — пишет журналист 72.RU Екатерина Петрова, которая расследовала трагедию на железнодорожных путях.
Первые вагоны пассажирского поезда пострадали особенно сильно, в огне погибли практически все пассажиры. Родственники погибших передавали друг другу, что в том числе не стало десятков детей — их везли на отдых в «Артек», но подтвердить эти данные не удалось: вся информация об аварии была засекречена.
«Вытаскивают головешки и в простыню, а простыня сразу засаливается. Получается, это бывший человек. Я лично сам насчитал 116 погибших. Мы со старшим братом сидели и смотрели на всё это. Потом сложили на поляне и ждали машины, в них прямо простыни с останками складывали и увозили. У нас был бригадир Сергей Александрович, он фронтовик; матерился, говорил, что на фронте такого не видал. У меня до сих пор в памяти стоит: вагон на земле, а из-под него — женская рука», — вспоминает Юрий Завьялов, которому в момент аварии было 10 лет.
На станции работали сотрудники тюменской милиции и пожарные, прилетел вертолет. Место ЧП оцепили, выставили военных. Участникам ликвидации ЧП запретили разглашать информацию.
«Между двумя вагонами у вокзала была зажата женщина, скорее всего, проводник вагона, но помочь ей уже было нельзя и снять ее ночью было невозможно. Только утром с помощью специального инструмента ее тело извлекли из груды железа. Я видела, как обгоревшие тела погибших грузили в товарный вагон. Не все были внешне узнаваемы, у одного тела отсутствовала голова. Для меня как подростка увиденное было психологической травмой, никогда в жизни я не видела столько погибших», — вспоминает в материале 72.RU тюменка Вера Темерева, которая стала очевидцем катастрофы.
В 2020 году глава Ламенской сельской администрации озвучила официальные данные: погибших — 58 человек, раненых — 16. Но свидетели говорят, что, возможно, больше 200 человек пострадали. Силовики данные о железнодорожной катастрофе не рассекретили до сих пор.
Взрыв на Сортировке (Свердловская область)
Рано утром 4 октября 1988 года на станции Свердловск-Сортировочный железнодорожный состав с гексогеном и тротилом покатился и врезался в товарный поезд с углем. Оборванную линию электропередач резервно перезапускали. На обрушенную контактную сеть было подано 3000 вольт. Мощный электроразряд прошел через вагон и груз, вызвав его детонацию. Случился взрыв.
Ударная волна распространилась на 15 километров от станции — стекла повылетали в домах в центре Свердловска, четыре человека погибли, 500 оказались ранены, пострадали 600 домов, воронка на месте достигала восьми метров в глубину.
«Когда прибыла на работу, то вид здания меня поразил. Перекрытия между комнатами рухнули. На разрушенной крыше лежала вагонная пара колес… Подъехало много машин «Скорой помощи», стали подходить танки и тягачи. Бараки лежали в руинах. Потряс вид деревянного дома с рухнувшей стеной, где на втором этаже стояло пианино», — говорила корреспонденту gazeta.ru Зинаида Игитова, заведующая общежитием, находившимся неподалеку от станции.
Ликвидировать последствия аварии приехали военные, милиция, пожарные. Одновременно разбирали завалы, эвакуировали раненых и укладывали новые пути — Сортировка была важным железнодорожным узлом на Транссибирской магистрали, движение поездов нужно было срочно восстановить. К 7 октября пути были уложены заново.
По официальной версии, виновником катастрофы стала 35-летняя диспетчер станции Татьяна Хамова. Она, якобы не убедившись, что локомотив удерживает состав со взрывчаткой, дала зеленый свет транзитному поезду, из-за чего и произошло столкновение и последующий взрыв, писала «Областная газета». Дело расследовали четыре года, но в итоге замяли.
После ликвидации последствий взрыва Сортировку застроили многоэтажками. Разрушенный дом культуры снесли лишь в 2011 году.
