Время на прочтение: 9 минут(ы)

Маленькая, но очень известная фабрика скопинской керамики то возрождается, то снова зовет на помощь

«Как мы можем сделать вам заказ, если у вас директор педофил?», — такие вопросы слышат сотрудники ЗАО «Скопинская художественная керамика», в простонародье — фабрики скопинской керамики. Директора Юрия Швецова арестовали в феврале по подозрению в развратных действиях с несовершеннолетними. Он не имел отношения ни к Скопину, ни к гончарному делу, однако эта история сильно ударила по репутации предприятия. Но это еще не все. Сейчас счета предприятия арестованы из-за иска к «Скопинской художественной керамике» на крупную сумму.

Фабрика существует с 1969 года, скопинский гончарный промысел — с 1640 года. С 2020-х годов производству уже какой раз грозит разорение. Следом может исчезнуть и сам старинный скопинский промысел.

«НеМосква» разбиралась, что происходит с известной во всем мире фабрикой скопинской керамики и что случится, если она закроется.  

Каких-то лет 40 назад в сервантах почти каждой рязанской семьи стоял зелено-коричневый квасник в виде петуха, птицы скопы (символ города Скопин) или, чаще всего, рыбы. У кого-то — пузатый чайник в виде льва с чашками, либо подсвечник. Это работы коллектива фабрики скопинской керамики, который в советские времена насчитывал под 200 человек.

— Я пришла на фабрику в 1992 году. Это было большое предприятие с двумя чистыми и светлыми цехами, повсюду поддерживался порядок, — вспоминает главный художник, завпроизводством Наталья Годовикова. — Все получали достойную зарплату даже по меркам девяностых, молоко «за вредность». У фабрики был свой автопарк, свой автобус, свой «КАМАЗ», все было в клумбах и розах. Трудились в две смены, госзаказов было с избытком. Попасть сюда на работу считалось престижным. 

Сам Скопин был уютным ухоженным городком с населением чуть больше 26 тыс. человек. Его называли «городом мастеров»: помимо известных гончаров, там жили и работали мастера стекольного дела, специалисты ковровой фабрики, крупного швейного предприятия. В районе добывали уголь — за городом и сейчас можно увидеть множество терриконов. На скопинской земле родились композитор Анатолий Новиков («Смуглянка», «Эх, дороги», «Гимн демократической молодежи» и другие — прим. авт.), драматург Александр Афиногенов, маршал Сергей Бирюзов и десятки других людей, ставших известными в сфере искусства, военного дела и политики. В последние годы Скопин упоминают разве что в связи со «скопинским маньяком» Виктором Моховым и родившемся здесь Захаром Прилепиным. Внимание СМИ привлекает и фабрика скопинской керамики. Она то гремит на всю страну из-за успеха на ежегодной выставке «Ладья» в московском «Экспоцентре», то замерзает и закрывается от безденежья.

В начале «нулевых» госпредприятие стало закрытым акционерным обществом, и владелец акций Валентин Телышев в 2006 году выставил предприятие на продажу. Он не смог перейти на рыночные отношения: «Голова у нас [в советское время] ни о чем не болела. Государство скупало все оптом и снабжало всем необходимым. Керамика уходила за рубеж, принося стране твердую валюту. А сегодня главная забота — куда сбывать товар?».

Владельцем фабрики стал Виктор Кузнецов, в 2018 году его сменил Дмитрий Катунин, при котором производство почти развалилось. Весной 2021 года о разрухе и долгах фабрики узнали и за пределами региона. Тогда коллектив «съежился» до 40 человек, а художники, чьи работы известны знатокам керамики всего мира, получали заработную плату в 10 — 14 тыс. рублей с задержкой на полгода. Тем не менее, скопинская керамика продолжала стоять в одном ряду с такими старорусскими промыслами, как вологодское кружево и гжельские изделия, гусевский хрусталь и хохломская посуда.  

Губернатор Николай Любимов (ныне сенатор — прим. авт.) пообещал помочь возродить производство: «Мы обязательно будем поддерживать. Я лично буду за этим наблюдать и помогать. Гончарное искусство — „фишка“ района. У местного предприятия „Скопинская художественная керамика“ появился новый инвестор. Это позволит промыслу развиваться. Скопинская керамика должна жить!».

— «Как мы можем сделать вам заказ, если у вас директор педофил?», — такое мы услышали от одного крупного заказчика. «Вам не стыдно своими изделиями торговать, после такого-то директора?», — такое услышали на выставке. Это же бред! В чем мы виноваты, в чем виновата мать шестерых детей, которая работает на производстве и своими руками изготавливает посуду? — рассказала «НеМоскве» сотрудница предприятия, попросившая не называть фамилию. — В чем виноваты остальные работники, а наша продукция — она теперь с позорным клеймом?

Это было только начало.

В апреле фабрика получила исковые документы по делу о взыскании сумм по договору займа и повестку в суд. Истец — бывший директор по развитию ЗАО «Скопинская художественная керамика» Данил Лысенко, третье лицо — экс-гендиректор этого предприятия, гендиректор ООО «Скопинский сувенир» (тесно связанного с ЗАО предприятия) Дмитрий Катунин. Счета заблокированы. Фабрика не может получить субсидии на оплату ЖКХ, деньги за заказы.

Художник Надежда Арсенкова говорит, что сотрудники словно вернулись в 2021 год:

— В прошлый раз мне пришлось уволиться с предприятия: здесь работает муж, а два родителя в семье, которые не получают зарплату, это перебор. Пришлось как-то зарабатывать на жизнь. При Швецове я вернулась на фабрику, потому что выплаты по зарплате возобновились, они были стабильны. Он купил и установил котлы, у нас появилось отопление [отопительная система разморозилась и перестала функционировать в 2021 году], появились рабочие из ближнего Зарубежья, которые выполняли не требующие высокой квалификации работы. Все стало налаживаться, мы уже решили, что кризис миновал. Получение судебных документов стало для всех настоящим ударом. 

Коллектив предприятия, оставшись без руководства и средств к существованию, решил попросить помощи у губернатора Павла Малкова. Инициативная группа попыталась записаться на приём, однако получили ответ: губернатор не принимает, оставьте ваш вопрос, вас вызовут замы, если посчитают нужным. В ожидании они написали коллективное письмо, в котором попросили не допустить закрытия предприятия, сообщили о необходимости государственной поддержки. Им так никто и не перезвонил, а письмо осталось не отправленным.

Сотрудники говорят, что им остается ждать и надеяться на то, что истцы проиграют суд, фабрике не придется платить миллионы, которых нет.

Истец же уверен, что он выиграет, поскольку всего лишь требует вернуть свое.

— Это внутренние дела. Я когда-то давал займ на развитие производства, теперь вернуть его. Когда-то я поверил, что все еще можно возродить и наладить, на деле оказалось, что денег потребуется гораздо больше. Небольшими вливаниями не обойтись. Здания обветшалые, оборудование изношенное. Я давно оттуда ушел, не в курсе, как обстоят дела. Просто хочу вернуть свои деньги, желания разорить или причинить производству какой-то урон нет. Наоборот, желаю всяческого процветания, потому что ремесло это уникальное, — пояснил «НеМоскве» Данил Лысенко. 

Размер взыскиваемой суммы он предпочёл не называть. Сотрудники поговаривают, что речь идет о сумме в 5 млн рублей, но это не точно. О такой сумме боятся говорить вслух — она просто разорит фабрику. Вместе с тем никто не может припомнить, что же такое модернизировали или отремонтировали или заменили на производстве на миллионы рублей при Катунине.

С XVII века глину для изготовления кухонной утвари готовили так: сначала ее нужно было добыть, высушить, перемолоть жерновами, перемешать с водой до состояния жидкого теста, процедить, убрать воду и перемять для удаления воздуха. Разминали глину ногами, все остальное делали вручную. Сотрудники подробно рассказывают об этом, потому что давно горько посмеиваются между собой: у них все это впереди, цивилизованные способы приготовления глины стали недоступны. Многие мастера работают и на дому — изготавливают и уникальные выставочные предметы, и садовые фигуры, небольшие сувениры, подарочные кастрюльки-горшочки «на прокорм семьи». Однако счета за электроэнергию оказываются гораздо выше, чем выручка с продаж.

— Условно говоря, если производство закроется, сам промысел не умрет. Вернее, умрет, но не сразу. Потому что в Скопине еще есть много мастеров, потомственных мастеров, которые не бросят это дело — не могут без него. Но захотят ли поддерживать промысел наши дети, если у дела нет никаких перспектив, если оно убыточное? — рассуждает Арсенкова. — Поэтому народные промыслы должно поддерживать государство. Это не пошив брюк и шапок, это уникальный промысел, который и есть те самые корни, о которых мы должны знать и помнить. Это и есть предмет той самой гордости, о которой мы постоянно говорим. 

Скопинская керамика — это не только фабрика. Это и Центр народных художественных промыслов и ремесел на главной улице Скопина, и музей, и магазин, в котором можно купить как памятный сувенир, так и полезную в быту посуду. В Центре гончарному мастерству учатся дети, сюда приезжают туристы, изготавливают свои горшки на мастер-классах. Они видят только «парадную вывеску»: Центр ремесел еще более-менее держится на плаву, его положение немного лучше, чем дела на фабрике. По словам сотрудников производства, они много раз обращались к властям за поддержкой, но слышали один ответ: «Вы — частное предприятие, спрашивайте с собственника, ничем помочь не можем».

В сети в ответ на очередную проблему фабрики рязанцы часто замечают, что «это прошлый век, керамика никому не нужна». Мастера говорят об обратном: стоит им не появиться на «Ладье» в Экспоцентре, как ценители керамики со всей страны начинают обрывать телефоны: «Вы почему не приехали? Что случилось?». От безденежья они действительно пару лет не участвовали в ежегодной выставке, а теперь вспоминают, как Швецов оплатил одно из центральных, проходных мест на «Ладье – 2022». Ценителей скопинской керамики в России достаточно, даже слишком. В последние месяцы то одному, то другому сотруднику поступают предложения продать уникальные музейные экспонаты, некоторые из которых остались в единственном экземпляре. Мол, что вам, жалко, что ли? Все равно разваливаетесь.

Фото: «НеМосква», сайт «Скопинская художественная керамика», магазин «Скопинская художественная керамика», Татьяна Лощинина, исторические фото из открытого доступа