Время на прочтение: 2 минут(ы)

12 декабря 2020

Ушел из жизни Валентин Гафт. Актер, поэт, автор едких эпиграмм и метких выражений.

Россия, чуешь этот странный зуд?
Три Михалкова по тебе ползут

Умереть не страшно. Страшно, что после смерти могут снять фильм, и тебя сыграет Безруков

Родился в 1935. Рос в Москве. Мечтал стать актером. От родителей мечту держал в тайне — пока не поступил в школу-студию МХАТ. Перед экзаменами встретил в парке звезду фильма «Цирк» Сергея Столярова, попросил прослушать прямо на улице. Актер согласился и даже помог советами. В школу-студию Гафта взяли с первой попытки.

Путь к себе невероятно сложен. Иногда всю жизнь человек идет к себе, да так и не доходит

«Свой» театр нашел не сразу — в «Современник», где отыграл полвека, пришел лишь в 1969. Популярность в кино тоже настигла с запозданием, поначалу Гафт снимался в эпизодах. Все изменилось после рязановского «Гаража» — в роли председателя правления гаражного кооператива он был неподражаем.

Неподкупная моя, вовремя предать — это не предать, это — предвидеть

На съемках «Гаража» познакомился с Ольгой Остроумовой — Женей Комельковой из фильма «А зори здесь тихие». Был восхищен ее добротой и простотой. Через 17 лет она стала его третьей женой, он — ее третьим мужем.

Всё было просто и прямо. Наблюдая за этим, постепенно и я стал становиться лучше. Мне не приходилось напрягаться, что-то из себя изображать, фальшивить, надо было просто оставаться самим собой. И я ощутил счастье

Дожил до 85, оставив после себя десятки ролей и стихотворений.

Какого цвета грязь? — Любого
Пол грязным может быть и слово
Идея, руки, площадь, шины
Грязь — лишний штрих, и нет картины
Грязь в вечном споре с чистотой
И дух свой, смрадный и густой
Свое зловонье, безобразье
Грязь называет простотой
И чистоту ведет на казни
Грязь — простота убийц и палачей
В орнаменте народного фольклора
Есть в лживой простоте ее речей
Смертельная тональность приговора
Грязь — простота страшнее воровства
Из-за таких, как мы, в нее влюбленных
Молчание слепого большинства
Кончалось страшным воем заключенных