Время на прочтение: 4 минут(ы)

Военнослужащие из части 43057 во Владикавказе находятся в изоляции в отдельной казарме. Их охраняет военная полиция. Никаких следственных действий в их отношении не производилось, обвинений предъявлено не было.

Как рассказали «НеМоскве» сами арестанты, их изолировали по распоряжению начальника части. Многие из них вернулись из зоны боевых действий в Украине по состоянию здоровья.

— Я был мобилизован. Полгода воевал на передовой и хорошего там мало видел, — рассказывает «НеМоскве» один из военных на условиях анонимности, — Медиков там не было, мы сами вытаскивали товарищей с поля боя и спасали, даже вспоминать не хочу. Когда сюда приехал, думал, тут люди будут более или менее относиться, но мы, наоборот, круглосуточно находимся под охраной, никуда не можем выйти. Единственное, если надо сходить в магазин, караульный звонит сотрудникам ППС, и если они разрешают, то выходим под конвоем. 

Собеседник «НеМосквы» рассказал, что из-за пережитого на войне у него начались сильные головные боли, неоднократно случались нервные срывы, появилась бессонница: он мог спать только несколько минут в сутки. Несколько месяцев он проходил лечение в психиатрической больнице, где ему смогли нормализовать сон от до 4–6 часов, но по его словам, он по-прежнему страдает от регулярных приступов головной боли. 

Из больницы он был выписан с диагнозом, подпадающим под категории Д (не годен к военной службе). 

— Когда меня выписывали из больницы, врачи сразу рекомендовали нанять адвоката, иначе сам я ничего не добьюсь и меня отправят обратно. И вот пока я искал юриста, я неделю не отмечался в военной части и мои документы подали на самовольное оставление части, — говорит мобилизованный. — В середине декабря я вернулся в часть, написал заявление о прибытии, и меня сняли с учёта. Через пару дней, когда я приехал на построение, военная полиция закрыла меня в казарме. Тупо привели и закрыли, ничего не объяснив. Единственное, что нам сказал командир, что Новый год мы встретим здесь. Предполагаю, что командование вынуждает нас пойти на какие-то противозаконные действия, ждут, что мы сорвёмся и нас смогут посадить по уголовной статье.

Находясь в изоляции, солдат не получает предписанную помощь от психиатра и не может продолжить приём лекарств. Он надеется, что командир полка подпишет документы на прохождение военно-врачебной комиссии, которая должна подтвердить категорию Д.

Его сосед по казарме также оказался под замком после «самовольного оставления части». Свою историю он также рассказал на условиях анонимности. 

— Я ушёл на войну добровольцем. После истечения трёх месяцев контракта, в августе, я написал рапорт, но его потеряли. 18 сентября написал повторный рапорт, а 21 началась мобилизация и они мне автоматом продлили контракт, который я не подписывал, — рассказывает военный. 

На войне был ранен. После реабилитации в госпитале отправлен в часть, исправно ходил на построение. Но после того, как мать слегла с инсультом, а он оказался единственным, кто имел возможность за ней ухаживать, он перестал появляться в части. Когда вернулся, написал рапорт, но все равно был помещён в казарму и изолирован без объяснения причин.

— Я нахожусь взаперти 9 дней. Но есть парень, который сидит здесь месяц, хотя он должен ухаживать за онкологически больной матерью и у него даже есть соответствующие документы, командование его не слушает, — продолжает собеседник «НеМосквы». — Мало того, что нас никуда не выпускают, к нам и другим ребятам не разрешено заходить. Если бы нам хоть что-то предъявили, мы бы понимали, что арестованы, но молчат. Вместо этого они говорят — езжай обратно, а я им отвечаю, что не отказываюсь, но не могу пока мама болеет, а он меня взял и закрыл. Я объясняю, что готов поехать на войну в январе, когда брат оттуда вернётся и сможет присматривать за мамой. 

По словам военных, они обратились за помощью в различные инстанции, в том числе и в военную прокуратуру.