30 октября 1905 года
Николай II подписал Манифест «Об усовершенствовании государственного порядка». Точка отсчета парламентаризма в России.
Подписал манифест в 5 часов. После такого дня голова стала тяжелой и мысли стали путаться. Господи, помоги нам, усмири Россию
(дневник Николая II)
Манифест разрабатывался главой правительства Сергеем Витте по поручению императора — в связи с «неслыханой смутою» (уже шла Первая русская революция).
Власть согласилась на уступки из-за Всеобщей октябрьской стачки: к тому моменту в России бастовало 2 млн рабочих. Страну практически парализовало: не работали почта, телеграф, железные дороги, учебные заведения. Обещания о том, что в 1906 пройдут выборы в Первую Госдуму, разрядить обстановку уже не могли.
Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов
Император согласился расширить избирательные права граждан (голосовать могли все жители России старше 25 лет) и статус будущих депутатов (без их одобрения не мог вступить в силу ни один закон).
Разрешалась легальная оппозиционная печать, политические партии и профсоюзы.
Одно из требований стачки: «свободу политзаключенным». Николай II согласился и с ним: он объявил амнистию за политические преступления. В том числе освободил тех, кто был задержан за участие в стачках.
Манифест, который готовился в строжайшей тайне (о нем не знал даже глава МВД) и был опубликован без разъяснений, обернулся массовыми погромами. Они прошли в 660 населенных пунктах, в ходе них погибли 1600 человек, еще 3500 — искалечены. В основном те, кто подходил под понятие «интеллигент» и «демократ» (евреи и студенты).
Местные власти были растеряны, губернаторы и полицмейстеры не решались запрещать что-то в условиях новой «конституции», поэтому неделями ждали из столицы ответов на свои запросы. Некоторые, страшась запретить протесты, организовывали (и даже возглавляли) контрреволюционные демонстрации.
То, что манифест ограничил власть императора — иллюзия. Николай II оставил за собой право налагать запреты на любое решение Госдумы и даже мог распустить ее (чем потом пользовался).
После выхода Манифеста в Россию нелегально вернулись многие политэмигранты — в их числе Ленин и Троцкий. Последние пришли к выводу, что правительство колеблется, а значит настало время его добить.
«Мы имеем полное право торжествовать, — писал Ленин, — Уступка царя есть действительно величайшая победа революции, но эта победа далеко еще не решает судьбы всего дела свободы».
