«А как же знаменитый «Покровский» режим, образец для всех режимов?»: колонию, в которой сидел Алексей Навальный, могут ликвидировать

О закрытии ИК-2 в Покрове со ссылкой на УФСИН по Владимирской области сообщило издание «Чеснок».

«Заключенных переведут в другие исправительные учреждения региона. Каким образом будут в дальнейшем использоваться территория и здания ИК-2 — решение пока не принято», — пишут журналисты.

Другие СМИ о закрытии исправительной колонии пока не сообщали. Однако еще 8 и 9 января паблики небольших городков во Владимирской области без пояснений и указания источников распространяли информацию о ликвидации.

«В курсе», «А как же теперь раскатистое, по слогам «Здравст — вуй- те!» в локалках, не услышит больше округа? Это же целая церемония была, навязанная группой лиц по предварительному сговору. Порушили скрепы», «Рабочие места,школа и сады тоже подтянутся?», «А как же знаменитый «Покровский» режим, образец для всех режимов?», «Наверное, всех перевезут на Октябрьскую. Что-то там опять освещение включили. Колонию снесут, а земли распродадут под коттеджи», — обсудили между собой местные жители.

ИК-2 является колонией общего режима. Туда направляют впервые осужденных на лишение свободы. Всего в ней может содержаться 971 человек. Самый известный заключенный — оппозиционный политик Алексей Навальный, его отправили в ИК-2 после возвращения в Россию в 2021 году. Также в этой колонии Покрова сидел московский активист Константин Котов.

«Фактически там строгий режим, — вспоминал Котов. — Осужденные не могут свободно вздохнуть, целый день находятся под присмотром и контролем. Контакт с внешним миром очень призрачный: в любой момент могут не разрешить звонки, не передать письма — и ты ничего не сделаешь. Это очень неприятно и унизительно».

«У нее [колонии] вообще репутация ломки. Когда я сидел на спецблоке, обрисовывались четыре места, куда нельзя попадать в России. Помимо Омска, Карелии и Красноярска, был Владимир. И вот на момент приезда зона в Покрове считалась самой жесткой в России. Жесткой в плане ломки людей. То есть заставляли там подписывать чистосердечные признания», — делился ультраправый политик Дмитрий Демушкин.

Адвокат Мария Эйсмонт называла ИК-2 «краснющей режимной колонией, в которой все нацелено на то, чтобы человек чувствовал свою полную зависимость от администрации, не имел практически свободного времени».

Фото: Михаил Метцель/ТАСС