21 апреля: день рождения Татьяны Бек — поэтессы, которую сломала честность
Татьяна Бек родилась 21 апреля 1949 года в Москве, в семье писателей. Её стихи сравнивали с дневником интеллигентной москвички — живым, болезненным, невозможно честным. Её называли «трагическим тенором эпохи».
Из литературной семьи — в литературу
Отец Татьяны, Александр Бек, — прозаик-фронтовик, мать Наталия Лойко — детская писательница. Первые стихи Татьяна опубликовала в 16 лет. В 23 окончила журфак МГУ, работала библиотекарем во Всесоюзной государственной библиотеке иностранной литературы. В 25 вышел её первый сборник «Скворешники», затем — «Снегирь».
Стихосложение было и остается для меня доморощенным знахарским способом самоврачеванья: я выговаривалась, и лишь таким образом душевно выживала.
Поэтесса и критик
Бек сотрудничала с «Вопросами литературы», «Знаменем», «Новым миром», «Дружбой народов», «Общей» и «Независимой» газетами. Преподавала в Литературном институте. Её творчество критики сравнивали с дневником: в нём — и драма нереализованной женской любви, и пастернаковская «подробность» ощущения бытия, и живая радость от мелочей. После перестройки выпускала книги небольшими тиражами: «Смешанный лес», «Пятицветная тайна», «Дерево на крыше», «Облака сквозь деревья».
В 1981 году, в 32, написала одно из своих самых известных стихотворений:
Я буду старой, буду белой
Глухой, нелепой, неумелой…
Да, независимо от моды
Я воссоздам вот эти годы
Безжалостно, сердечно, сухо,
Я буду честная старуха
Честность, которая стала приговором
В конце 2004 года Бек публично осудила намерение коллег-поэтов — Евгения Рейна, Михаила Синельникова и Игоря Шкляревского — взяться за переводы «поэзии» диктатора Туркменбаши. В «Независимой газете» она написала: «Негоже ни поэтам, ни мудрецам пред царями лебезить, выгоду вымогаючи».
В ответ коллеги вместе с главредом журнала «Знамя» устроили ей травлю. Бек впала в депрессию.
В ночь с 7 на 8 февраля 2005 года она ушла из жизни — в 55 лет. В редакции «Литературной газеты» причиной назвали обширный инфаркт. Друзья и коллеги сочли её смерть суицидом на фоне травли.
Её простая истина — непристойно предлагать свои услуги тирану — прозвучала неожиданно сокрушительно, но сокрушила в первую очередь её саму. («Газета.ру»)
Звуков мало и знаков мало
— Стихотворная строчка спит…
Я истаяла. Я устала.
До свидания, алфавит
