15 октября 1970 года
Террористы захватили пассажирский самолет Ан-24 и улетели на нем в Турцию. Первая успешная попытка угона в истории советской авиации (она стала 13-й по счету).
Самолет следовал из Батуми в Сухуми. На борту находились 5 членов экипажа и 46 пассажиров, двое из которых оказались террористами — 45-летний литовец Пранас Бразинскас и его 15-летний сын Альгирдас. Они пронесли с собой пистолет, обрез и гранату: досмотров тогда не было.
Через 5 минут после взлета пилоты получили записку с требованием развернуть самолет в Турцию.
С этой минуты здесь советской власти нет!
(Пранас Бразинскас)
Кабина пилотов отделялась от салона шторкой. Путь террористам преградила 19-летняя стюардесса Надежда Курченко, и ее расстреляли в упор.
Всего захватчики сделали 24 выстрела, ранив командира, штурмана, бортмеханика и одного пассажира.
Промелькнули мысли: бросить «Аннушку» [АН-24] на скалы или в море. Потянуть за собой этих зверских лиц, стоящих за спиной. Но ведь их двое, а в самолете 44 невинных советских гражданина
(командир экипажа)
Как только самолет приземлился в турецком Трабзоне, террористы сдались полиции. Их не выдали Союзу и судили по местным законам.
Адвокат подсудимых — экс-министр юстиции Турции — доказывал, что угон был вынужденной мерой в борьбе с режимом. Отец получил 8 лет тюрьмы, сын — 2.
Не отсидев срок, оба бежали в США, сменили имена и работали малярами. Издали книгу.
Мы прорвались за «железный занавес» советских оккупантов, впервые в истории направив советский самолет из тюрьмы порабощенных Советами народов в свободный мир. Это событие потрясло советскую империю зла, прославило дело свободы Литвы во всем мире
(очерк Бразинскасов в литовской прессе)
Уже через пару недель после угона Ан-24 двое студентов повторили угон самолета, летевшего из Керчи в Краснодар. Они тоже приземлились в Турции, но потом сами вернулись в Союз и сели в тюрьму. После этого в советской прессе ввели запрет на освещение подобных происшествий.
До 1991 в СССР произошло около 110 угонов, 24 удачных.
