27 февраля 1937 года
В Москве арестованы нарком связи СССР Алексей Рыков и член Политбюро ЦК ВКП(б) Николай Бухарин — «старшие большевики», соратники Ленина. Окончательная ликвидация «старой ленинской гвардии» и пик Большого террора.
У нас могут быть только две партии: одна в Кремле, другая в тюрьме
(Николай Бухарин)
Сразу после победы большевиков в 1917 Рыков недолгое время возглавлял наркомат внутренних дел. После смерти Ленина руководил Совнаркомом и даже попал на обложку «Time».
Бухарин — ближайший соратник Ленина, редактор «Правды» и «Известий», один из авторов Конституции СССР 1936. Называл Сталина на «ты», рисовал на него дружеские шаржи, а тот ласково звал его «бухарчиком».
Бухарин и Рыков были революционерами со стажем, пережили несколько ссылок и арестов, уезжали в эмиграции при царской власти. Оба помогали Сталину расправиться со своими главными конкурентами — Троцким, Каменевым и Зиновьевым.
И оба попали в немилость в конце 1920-х — когда разошлись со Сталиным во взглядах на дальнейшее развитие страны. Отстаивали продолжение НЭПа, постепенную индустриализацию и поддержку крестьянства. Выступали против форсированной коллективизации, репрессий и силового «великого перелома».
Бухарин предлагал уравнять «кулаков» с другими жителями деревни. Сталинский подход называл «авантюристическим», а самого вождя — «мелким восточным деспотом».
Эти взгляды [Бухарина и его группы] несовместимы с линией партии
(Сталин, пленум ЦК ВКП(б), апрель 1929)
В 1937 Бухарин и Рыков стали главными обвиняемыми на процессе по делу «Антисоветского правотроцкистского блока» (Бухарин был арестован прямо в Кремле). Их обвинили в измене родине, шпионаже, диверсии, терроре, вредительстве, подрыве военной мощи СССР, провокации военного нападения иностранных государств на СССР.
Им же приписали убийство Кирова и Горького, покушения на Ленина и Сталина. А также самые фантастические акты вредительства — в том числе взрывы на угольных шахтах и железнодорожные катастрофы.
Сталин предложил «не предавать дело суду, а направить в НКВД». Под пытками оба — и Бухарин, и Рыков — оговорили себя и признали вину.
Признаю себя виновным в измене социалистической родине. В организации кулацких восстаний, в подготовке террористических актов. Чудовищность моих преступлений безмерна
(из последнего слова Бухарина)
В письме к Сталину Бухарин отрицал все обвинения и просил дать ему возможность покончить с собой.
Заранее тебя прошу, заклинаю прямо всем, что тебе дорого, заменить расстрел тем, что я сам выпью в камере яд. Дайте мне провести последние секунды так, как я хочу. Сжальтесь!
(из письма Бухарина к Сталину)
Рыков же признавал ошибки, каялся и просил о помиловании. Из воспоминаний свидетелей, после побоев он говорил, что «пал духом».
Я хочу, чтобы те, кто еще не разоблачен и не разоружился, чтобы они немедленно и открыто это сделали. Помочь правительству разоблачить и ликвидировать остатки охвостья контрреволюционной организации
(из последнего слова Рыкова)
13 марта 1938 оба были приговорены к расстрелу и 15 марта — расстреляны.
Третьим в расстрельном списке оказался нарком внутренних дел Генрих Ягода — он был единственным, кого после смерти Сталина так и не реабилитировали.
По одной из версий, Бухарина и Ягоду заставили наблюдать за расстрелом остальных осужденных и казнили последними.
Так называемые органы НКВД — это переродившаяся организация безыдейных, разложившихся, хорошо обеспеченных чиновников, которые в угоду болезненной подозрительности Сталина, в погоне за орденами и славой творят свои гнусные дела, кстати, не понимая, что одновременно уничтожают самих себя — история не терпит свидетелей грязных дел!
(из «Завещания» Бухарина перед расстрелом, 1938)
