Скелеты в лесу
Как следствие искало тела Екатерины Левченко и Артема Дорофеева, к убийству которых могут быть причастны фигуранты громкого дела о террористическом сообществе «Сеть»*.
Рассказ Алексея Полтавца о возможной причастности фигурантов дела «Сети»* к двойному убийству был опубликован в феврале 2020 года и поначалу воспринимался как провокация ФСБ. В эти дни тысячи людей в разных городах России выходили в пикеты, требуя пересмотреть суровый приговор в отношении семерых политзаключенных из Пензы и проверить их заявления о пытках электрическим током в следственном изоляторе. Казалось, что версия про убийство в рязанском лесу, — всего лишь попытка сбить волну общественной поддержки и переключить внимание СМИ.
И даже новость о том, что подсказки Полтавца помогли обнаружить останки 19-летней Екатерины Левченко, была встречена в активистской среде предположениями в духе «трупы подбросили» и «кости принадлежат другим».
Фигурант дела «Сети»* Максим Иванкин, которого теперь обвиняют еще и в убийстве девушки, от дачи показаний пока что воздерживается. Он планирует выступить после того, как сторона обвинения закончит представлять доказательства.
По итогам первых 15 заседаний «НеМосква» сделала выжимку из протоколов и экспертиз, оглашенных представителями прокуратуры. Эти документы показывают, как следствие искало погибших и собирало улики на месте убийства (спойлер: сначала работали плохо, но после общественного резонанса нашли почти все, что необходимо для уголовного дела).
Неизвестное тело
Сообщение о том, что рядом с деревней Лопухи нашли закопанное тело человека, поступило в рязанский отдел полиции вечером 27 ноября 2017 года. Когда оперативно-следственная группа выдвинулась на место происшествия, было уже темно.
Сначала ехали по шоссе, затем — по старой разбитой дороге. За деревней Лопухи асфальт закончился вовсе, и последние четыре с половиной километра полицейская машина ползла по грунтовке, перемешивая грязь со свежевыпавшим снегом.
Добраться до лесного участка, где собака местного охотника наткнулась на тело, удалось только к 11 часам ночи. В свете фонарей следователь и оперативники увидели торчащую из земли человеческую руку. Здесь же лежал фрагмент большой берцовой кости.
В протоколе осмотра места происшествия указано, что тело было зарыто на глубину 40 сантиметров, у него отсутствовала правая кисть и стопа.
Оперативно-следственная группа проработала на месте происшествия до четырех часов утра. Никаких документов или предметов, указывающих на личность погибшего, обнаружить не удалось. Как и других улик.
В морге на шее погибшего увидели «горизонтальную линейную рану» длиной 19 сантиметров, проникавшую до позвоночного столба, а также «многофрагментарно-оскольчатый перелом костей лицевого скелета». При этом сделать однозначный вывод о криминальном характере смерти не позволяли «гнилостные изменения органов и тканей трупа». Как следует из материалов уголовного дела, в конце 2017 года следствие допускало, что такие повреждения могли причинить сами оперативники, когда раскапывали захоронение штыковой саперной лопаткой.
Установить точную дату смерти судебно-медицинский эксперт затруднился. Он назвал временной интервал от нескольких недель до нескольких месяцев. При этом обратил внимание, что за время нахождения в лесу тело успели обглодать «плотоядные животные».
Трудности возникли и с определением возраста погибшего. Сначала специалисты говорили про 35-45 лет. Но после того, как восстановили черты лица по костям черепа, остановились на возрасте в 25-35 лет.
Эксперты также смогли получить отпечатки с трех сохранившихся пальцев левой руки, однако поиск по базам данных результатов не дал.
Потерянное время
То, что в рязанском лесу нашли тело 22-летнего жителя Пензы Артема Дорофеева, стало понятно только в конце 2018 года, по генетическому профилю ДНК.
На самом деле установить личность погибшего можно было намного раньше, ведь уже через три недели после обнаружения трупа эксперты исследовали образец костной ткани и вбили результаты в общенациональную базу данных. Но из-за медленной работы сотрудников пензенской полиции поиски шли больше года.
Дело в том, что отец Дорофеева обратился с заявлением о пропаже сына еще в апреле 2017го, однако сдать образец ДНК ему предложили только через 19 месяцев. Сразу после того, как эти данные попали в базу, они показали совпадение с генотипом человека, чьи останки хранились в рязанском морге. К тому моменту от них остались в основном кости, поэтому проводить процедуру опознания с участием родителей было уже бесполезно.
В то, что это ее сын, Надежда Дорофеева поверила не сразу: рост Артема был 190 см, а рост обнаруженного тела — «около 180 см». Кроме того, разница в весе составляла почти 10 килограммов.
В этой связи мать заказала независимую экспертизу ДНК, которая еще раз подтвердила, что погибшим является Артем Дорофеев.
Его останки предали земле в июле 2019 года. Примерно тогда же к следователям обратился инженер из Санкт-Петербурга Илья Хесин. Он ссылался на результаты собственного расследования и выдвигал версию о том, что к убийству Артема могут быть причастны фигуранты громкого уголовного дела о террористическом сообществе «Сеть»*.
Кроме того, Хесин говорил еще про одну возможную жертву — 19-летнюю Екатерину Левченко, которая была девушкой Дорофеева и исчезла вместе с ним.
— Я сказал, что есть вероятность в том же районе [где нашли останки Артема Дорофеева] найти и останки Екатерины Левченко, — вспоминал Илья Хесин на допросе в суде. — Но я получил незаинтересованность со стороны пензенского и рязанского СК.
Возвращение в рязанский лес
Следователи вернулись в рязанский лес только в феврале 2020 года, когда версию Хесина проверили журналисты интернет-издания «Медуза»**, а дело о возможном убийстве Екатерины Левченко перешло под личный контроль главы СКР Александра Бастрыкина.
Несмотря на то, что глубина снега в лесу достигала 25 сантиметров, криминалисты стали обследовать местность шаг за шагом.
В первый же день, 27 февраля, при помощи металлоискателя они нашли две небольших садовых лопатки без черенков, а также следы кострища со следами сгоревшего металла и пластика. Впоследствии эксперты пришли к выводу, что это пуговицы и заклепки, оставшиеся скорее всего от сожженной одежды и рюкзаков. Кострище при этом находилось всего в двух метрах от ямы, где в ноябре 2017 года обнаружили тело Артема Дорофеева.
3 марта радиус поиска увеличили до трех метров. Так удалось найти еще несколько пуговиц и заклепок, пятирублевую монету, вздутую аккумуляторную батарею от мобильного телефона, таблетки «Ибупрофена» и активированного угля.
Кроме того, следователи растопили промерзший грунт, обнаружив в нем два фрагмента ткани с металлическими заклепками, таблетки «Нурофен», тюбик с остатками крема для рук, металлическую ложку, молнию от косметички и два женских гигиенических тампона.
4 марта, в 72 метрах от места обнаружения трупа Дорофеева, криминалисты обратили внимание на провал, из-под которого виднелся фрагмент одежды черного цвета. Им оказалась жилетка марки «Rainbow» с наушниками в кармане и двумя колото-резаными повреждениями, которые возникли «от предмета с клинком шириной предположительно 15-25 мм». На утеплителе капюшона при этом присутствовали следы человеческой крови.
Как пояснила в суде Надежда Дорофеева, точно такая жилетка была у ее сына. Но следствие допускает, что в день убийства ее могла надеть Екатерина Левченко.
«Она часто надевала вещи Артема, — подтвердила следствию ее мать Татьяна Левченко. — И постоянно носила наушники».
Фрагменты вязаного шарфа, который принадлежал девушке, нашли всего в двух метрах от жилетки. А в радиусе 10 метров — останки самой Екатерины Левченко, которые, судя по всему, растащили плотоядные животные. В их числе были череп без нижней челюсти, фрагменты ребер, позвонков и бедренной кости.
На этом же участке обнаружили черную кофту, резинку от белья, а также ремень из кожзаменителя коричневого цвета с изображением звезды и якоря на латунной бляхе. Последний, по версии следствия, мог принадлежать подсудимому Максиму Иванкину, о чем свидетельствуют показания его сокамерника Максима Жулина, сидевшего с ним в СИЗО в марте 2020 года.
«Максим общался со мной намного теснее и откровеннее, чем с другими сокамерниками. В ходе бесед он рассказал мне об убийстве девушки и молодого человека, — пересказал Жулин якобы одну из доверительных бесед. — Вместе с Алексеем Полтавцом они сожгли личные вещи убитых парня и девушки. В процессе совершения убийства и закапывания трупов Иванкин то ли потерял, то ли забыл свой армейский ремень с большой металлической бляшкой».
Впрочем, в правдивости показаний сокамерника, которому Иванкин вдруг признался в убийстве, присяжные усомнились. Один из них даже спросил, не было ли у Жулина конфликтных ситуаций с подсудимым и повода для его оговора.
Вместе с тем, про армейский ремень Максима Иванкина на допросе в суде 3 июля вспоминал проходивший с ним по делу «Сети»* Илья Шакурский.
— Видел у него несколько раз ремень армейский. Он служил на морфлоте, по-моему якорь был [на бляшке ремня], – сказал Шакурский и подтвердил, что во время следствия опознавал ремень с изображением звезды и якоря как принадлежавший Иванкину.
«Ни исключить, ни подтвердить»
Еще несколько костей, оставшихся от Екатерины Левченко, криминалисты найдут в августе 2020 года, выстроившись в цепь на расстоянии 40 сантиметров друг от друга и прочесав участок леса.
Также они обнаружат несколько металлических монет, бельевую резинку, остатки от сожженной толстовки и трикотажной футболки, желто-зеленый шнурок и металлический значок от рюкзака с надписью «Ellehammer», со следами сильного термического воздействия.
На одном из фрагментов обнаруженной ткани имеется металлическое кольцо с повторяющейся надписью «TRN 1961» — это бренд магазина «Terranova», где, по словам Татьяны Левченко, ее дочь часто покупала одежду.
То, что найденные в лесу останки с вероятностью 99,9 % принадлежат Екатерине Левченко, подтвердили несколько экспертиз ДНК.
Установить точную причину и давность наступления смерти девушки не представилось возможным «ввиду тотального скелетирования костных останков», на которых к тому же имелись следы воздействия зубов плотоядных животных и значительных колебаний температур окружающей среды.
«Каких-либо повреждений от воздействий предметов, обладающих колюще-режущими свойствами, а также повреждения от воздействия огнестрельного оружия не обнаружено», — уточняется в одном из официальных заключений.
При этом эксперты подчеркнули, что убийца мог нанести колото-резаные раны и «без травматизации костных структур».
«Иными словами, нельзя ни исключить, ни подтвердить наступление смерти Левченко от двукратного воздействия колюще-режущим предметом», — резюмировали медицинские специалисты.
Версия о выстреле из карабина
Осматривая место происшествия весной 2020 года, криминалисты проверили версию Алексея Полтавца, который признался журналистам в том, что стрелял в Артема Дорофеева из карабина «Сайга». Для этого осмотрели деревья в радиусе семи метров от места обнаружения тела Дорофеева и нашли три механических повреждения на стволах двух берез.
Судебно-баллистическая экспертиза пришла к выводу, что эти повреждения образовались в результате воздействия пули, выпущенной из охотничьего оружия двенадцатого калибра. На их поверхности имелись множественные частицы меди, свинца и серы, которые могут являться продуктами огнестрельного выстрела.
Наложение меди и сурьмы также обнаружили на вещах, снятых с тела Дорофеева. Причем частицы сурьмы, по словам экспертов, свидетельствуют о том, что выстрел был произведен с близкой дистанции.
Установить прямую связь между выстрелом и переломом костей черепа не удалось «из-за гнилостных изменений». При этом несколько медицинских специалистов допустили, что Дорофеев действительно мог погибнуть после того, как ему выстрелили в лицо из карабина и перерезали горло.
«Многофрагментарный оскольчатый характер переломов костей лицевого скелета не исключает вероятность огнестрельного характера», — сказано в документах.
Забота о суде
Максим Иванкин по поводу оглашенных протоколов и экспертиз пока не высказывался.
Лишь иногда его адвокат Константин Карташов делал замечания насчет фотографий и видеозаписей с места убийства, которые прокурор демонстрировал присяжным.
— Здесь вот есть фотографии черепа и берцовой кости. Мы возражаем, чтобы они были представлены коллегии присяжных, поскольку достаточно тяжело неподготовленному человеку это обозревать, — говорил Карташов на судебном заседании 4 апреля.
По его мнению, изображение останков Екатерины Левченко и Артема Дорофеева могут оказать «психологическое давление на присяжных» и «негативно повлиять на их суждения».
Однако государственное обвинение так не считает.
— У нас нет никакой цели оказать давление на присяжных, а на фотографиях нет никаких признаков обезображивания, — отвечал ему прокурор Вадим Аладышев. — Здесь просто скелетированные останки. Скелеты.
За пять месяцев судебных заседаний такой диалог между сторонами защиты и обвинения состоялся трижды. И все три раза судья Наталья Киановская разрешала демонстрировать фотографии и видеозаписи, которые, по ее мнению, не являются шокирующими.
*Московский окружной суд в январе 2019 признал «Сеть» террористической организацией. Фигуранты дела утверждают, что такой организации никогда не существовало.
**26 января 2023 года Генпрокуратура РФ объявила интернет-издание «Медузу» нежелательной организацией, деятельность которой представляет угрозу основам конституционного строя и безопасности Российской Федерации
