25 ноября 1990 года
В зале ожидания аэропорта Внуково умер философ Мераб Мамардашвили. Один из тех, кто возродил в Советской России культуру мышления. «Грузинский Сократ».
Россия — страна вечной беременности. Все время что-то происходит, но ничего не случается
Родился 15 сентября 1930 в грузинском городе Гори, в семье кадрового военного.
Мать происходила из старинного аристократического рода и привила сыну любовь к языкам: с детства он свободно говорил на грузинском, русском и английском. Потом овладел немецким, итальянским, французским и испанским. Мог изъясняться на чешском и греческом.
Увлекся философией еще в юности: как вспоминал позже, его приводила в растерянность «совершенно непонятная слепота людей перед тем, что есть».
Стоят нос к носу с чем-то и этого не видят. Это происходит потому, что мы не извлекаем опыт. И это происходит бесконечно — все заново и заново повторяется одна и та же ошибка. В российской истории вовсю гулял гений повторений, дурных до тошноты
В 19 поступил на философский факультет МГУ. В общежитии пересекался с будущим президентом СССР Михаилом Горбачевым.
Стал одним из основателей неформальной группы философов — Московского логического кружка (его члены пытались выйти за рамки традиционной формальной логики, чтобы создать более полную теорию мышления).
Страшно не жить во сне, страшно проснуться в чужом сне
В 27 стал редактором в журнале «Вопросы философии». В 31 защитил кандидатскую диссертацию, вступил в КПСС и получил направление в Прагу, где заведовал одним из отделов международного журнала о рабочих партиях. Ездил с командировками по Европе, общался с интеллектуальной и художественной элитой.
Незадолго до ввода войск в Чехословакию был отозван в Москву и почти на 20 лет получил статус невыездного. Работал в издательстве «Вопросы философии», вел курсы для студентов.
Тогда же стал записывать свои мысли на магнитофон: эти лекции распространялись по стране наравне с самиздатом и песнями опальных музыкантов.
Всякая идеология доходит в своем развитии до такой точки, где ее эффективность состоит не в действии того, что она говорит, а в том, что она не дает сказать
К 1980 был уволен со всех постов, потому что не хотел замалчивать правду. Уехал в Тбилиси, где 10 лет проработал главным научным сотрудником Института философии. Жил в квартире сестры, в неотапливаемой комнате.
Никогда не нужно бояться зайти слишком далеко, потому что истина — еще дальше
(парафраз изречения Пруста)
К тому моменту он уже стал известен в мире, его приглашали выступать с лекциями в разных странах. Издавались книги, сборники статей и записи лекций.
Предупреждал, что времена перестройки и либерализации могут оказаться всего лишь небольшим отклонением на кошмарном пути, по которому движется Российская империя (где сталинизм не извращение, а естественное продолжение).
Люди по-прежнему везде видят вредителей. Любая мутация, любой толчок могут выбросить их в кристалл, который мы называем тридцать седьмым годом
Спасение от поворота в старую колею видел в развитии гражданского общества. И в том, что каждый начнет наращивать «мускулы свободы».
Человек есть усилие быть человеком
Тех, кто говорит, что народ еще не созрел для демократии, я называю «просвещенными негодяями»
Свобода никогда не приходит слишком скоро. Для нее не существует назначенного момента. Свобода приходит в силу того, что ее практикуют
С 1987 стал принимать активное участие в политической жизни Грузии и стал главным противником Звиада Гамсахурдиа, который продвигал националистические идеи.
25 ноября 1990 Мамардашвили улетал из Москвы в Тбилиси, чтобы принять участие в заключительном туре выборов. Попутчики, оказавшиеся националистами, стали кричать: «Ты не грузин», «Враг Грузии».
60-летний философ умер от разрыва сердца.
Я прожил всю свою жизнь без надежды. Когда пересекаешь крайнюю точку отчаянья, то перед тобой открывается солнечная долина, я бы сказал даже радостная
(последнее интервью, за месяц до смерти)
